– Хорошо. – Он замялся, обдумывая следующую фразу. – Что касается вскрытия... Я понимаю, утром вы совсем не имели в виду...
– Вы ошибаетесь.
В следующие два дня Дженнифер прошла через все ритуалы смерти. Она обратилась в местное похоронное бюро и договорилась обо всем необходимом. Она выбрала белый гроб с сатиновым подкладом. Дженнифер вела себя уверенно, глаза ее были сухими, но позже, когда она попыталась припомнить то время, в мозгу не сохранилось никаких воспоминаний. Казалось, кто-то, завладев ее телом и сознанием, управлял всеми ее поступками. Она находилась в состоянии глубокого шока, спасаясь от безумия за его защитной оболочкой.
Когда Дженнифер собиралась уходить из похоронного бюро, агент сказал:
– Если вы хотите, чтобы ваш сын был похоронен в своей одежде, принесите ее, и мы оденем мальчика.
– Я сама одену Джошуа.
Он удивленно посмотрел на нее:
– Ну, если вы так хотите, но...
Дженнифер уже скрылась за дверью. Агент подумал, представляет ли она, что значит одеть мертвое тело.
Дженнифер подъехала к дому и поставила машину в гараж.
Миссис Макей была на кухне. Ее глаза были красными от слез, а лицо осунулось от горя.
– О миссис Паркер! Я не могу поверить!..
Дженнифер не видела и не слышала ее. Она прошла мимо миссис Макей и поднялась в комнату Джошуа. Она была такой же, как и раньше. Ничего не изменилось, только она была пустой. Книжки Джошуа, его игрушки, лыжи, бейсбольная бита – все было здесь, ожидая его. Дженнифер остановилась на пороге, пытаясь вспомнить, зачем она сюда пришла. Ах да. Одежда для Джошуа. Она подошла к шкафу. Там висел синий костюм, который она купила ему на последний день рождения. Он был в нем, когда они ужинали вместе в ресторане «Лютес». Она отчетливо помнила тот вечер. Джошуа выглядел совсем большим, и Дженнифер внезапно подумала: «Когда-нибудь он пригласит сюда свою невесту». Этот день не наступит никогда. Он никогда не вырастет. Не будет невесты. Не будет жизни.
Рядом с костюмом висели джинсы, брюки и спортивные майки, одна из них с названием бейсбольной команды, в которой играл Джошуа. Дженнифер бесцельно перебирала одежду, потеряв счет времени.
Миссис Макей подошла к ней:
– С вами все в порядке, миссис Паркер?
– Спасибо, со мной все в порядке, – вежливо ответила Дженнифер.
– Может, вам чем-нибудь помочь?
– Нет, спасибо. Я ищу подходящую одежду, чтобы одеть Джошуа. Как вы думаете, что бы он хотел надеть? – Ее голос был вполне нормальным, даже веселым, но глаза были мертвы.
Взглянув в них, миссис Макей испугалась.
– Может, вы приляжете отдохнуть? А я позвоню врачу.
Дженнифер продолжала перебирать одежду. Наконец она сняла плечики с бейсбольной формой.
– Думаю, что он захочет ее надеть. Так, что ему еще понадобится?
Миссис Макей беспомощно смотрела, как Дженнифер подошла к комоду и вытащила оттуда нижнее белье, носки и рубашку. «Джошуа понадобятся эти вещи, так как он уезжает на каникулы. На долгие каникулы».
– Как вы думаете, он не замерзнет в этом?
Миссис Макей разрыдалась.
– Перестаньте, пожалуйста. Дайте, я всем займусь, – умоляющим тоном попросила она.
Но Дженнифер уже спускалась вниз.
Тело находилось в морге. Джошуа лежал на длинном столе и от этого казался еще меньше.
Когда Дженнифер вернулась с одеждой для Джошуа, служащий сказал ей:
– Я только что разговаривал с доктором Моррисом. Мы оба пришли к выводу, что лучше мы сами займемся всем этим. Мы уже привыкли...
Дженнифер улыбнулась ему:
– Выйдите отсюда.
Сглотнув, служащий сказал:
– Да, миссис Паркер.
Подождав, пока он выйдет из комнаты, Дженнифер повернулась к своему сыну.
Посмотрев на его умиротворенное лицо, она сказала:
– Твоя мама обо всем позаботится, дорогой. Я надену на тебя бейсбольную форму. Хочешь?
Она сняла с него простыню, посмотрела на его голое тельце и принялась одевать его. Натягивая ему трусики, она вздрогнула – его тело было холодным и твердым, как мрамор. Дженнифер пыталась убедить себя, что это холодное, безжизненное тело не ее сын, что Джошуа где-то далеко, ему тепло и он счастлив. Но она не могла в это поверить. Джошуа лежал на столе. Холод, исходящий от него, передался и ей. Она яростно повторяла себе: «Хватит! Хватит! Хватит!»
Она сделала глубокий вдох и, когда успокоилась, снова принялась одевать Джошуа. Она надела ему брюки, а когда она подняла его голову, чтобы натянуть рубашку, голова выскользнула у нее из рук и ударилась об стол.
– Извини, Джошуа, – вскрикнула Дженнифер, – прости меня!
Она заплакала.
Дженнифер понадобилось почти три часа, чтобы одеть Джошуа. Теперь на нем была его любимая бейсбольная форма, белые носки и кроссовки. Бейсбольная кепка закрывала бы его лицо, и Дженнифер положила ее ему на грудь.
Когда похоронный агент заглянул в комнату, Дженнифер стояла рядом с одетым Джошуа, держа его за руку и разговаривая с ним.
Он подошел к ней и тихо спросил:
– Мы займемся им сейчас?
Дженнифер бросила последний взгляд на своего сына.
– Пожалуйста, будьте аккуратней. Знаете, он ударился головой.
