- Это говорит не в вашу пользу, Бахмачев - сказал генерал - не ведете агентурной работы, не работаете с осведомителями. А вы не улыбайтесь, Зинченко, нечему тут улыбаться! За борьбу с наркоторговлей в республике отвечаете вы! И за такой рост показателей спрашивать будем именно с вас, нечего вину на других перекладывать! К следующему совещанию... нет, к четвергу в это же время жду обоих с планом мероприятий!
- Есть.
- Есть...
- Дальше. Что у нас по устранению недостатков, выявленных в ходе учений!? Емшаев, вы отвечаете?
- Так точно.
- И докладывайте. Пять минут у вас.
Остаток совещания прошел относительно спокойно, влетело только еще Мугуеву, что было непонятно - Мугуев был у генерала на хорошем счету, говорили даже, что он заносит. После совещания, в душе ругаясь на всех известных языках (а в Дагестане было больше тридцати диалектов плюс русский, плюс языки соседних республик), полковники, подполковники и майоры потянулись из кабинета и дальше тащить нелегкую лямку службы.
Генерал тоже вышел в приемную... хотел сходить к Кристине, выбил ей отдельный кабинет, вроде как работает с секретной документацией, хотя с кабинетами всегда была напряженка, постоянно работали какие-то московские группы, их надо было размещать, а здание не резиновое. Как только генерал вышел в приемную - подчиненные потянулись на выход, чтобы не попасть под новую раздачу - а к генералу подлетел адъютант.
- Товарищ генерал!
Генерал, уже настроившийся на десять минут приятного времяпрепровождения, недовольно поморщился
- Что там опять?
- Спецсообщение. Срочное товарищ генерал.
- Спецсообщение всегда бывает срочным. Что?
- Товарищ генерал, блокирован амер Рафиев с группой боевиков.
Все мысли о приятном времяпрепровождении мгновенно вылетели из головы генерала.
- Где?
- В районе пятого жилгородка, товарищ генерал.
- Кем?
- Нашими. Оперативниками Бадаева.
- Ментам сообщили? По открытой связи прошло?
Несмотря на то, что милиция уже давно была переименована в полицию (кстати, кое что в ней и в самом деле изменилось, только не от этого) - по привычке полицейских так и продолжали называть ментами.
- Никак нет, товарищ генерал, в соответствии с вашей директивой. Закрытый канал, спецсвязь. Бадаев действует тихо.
- Выгоняй спецназ. Немедленно. Пользоваться только закрытым каналом связи. Упустите - порву. Машину мне!
Пятый жилгородок находился на самой окраине дагестанской столицы, с одной стороны был парк, с другой - кладбище и канал. Место было скверное и со скверной репутацией - с одной стороны был парк, а с другой - коттеджи и дальше лесной массив. Мог последовать как прорыв боевиков в направлении кладбища - так и деблокирующий удар со стороны кладбища сторонников амера Дагестана Башира Рафиева.
Башир Рафиев кстати не был дагестанцем - он был салафитом из Башкирии, неспокойного, глухо волнующегося региона. Вступил сначала в Хизб ут Тахрир, потом связался с Аль-Каидой. Последователь чистого ислама. Совершил хадж, на родине не вернулся, осел в Дагестане. Ему здесь проще было действовать, поскольку он был не местный, и у него не было родственников - ведь у тех, кто работает в милиции и ФСБ тоже есть родственники, которые могут объявить кровную месть. А у Рафиева мстить было некому, только ему самому - да попробуй, найди. Отряды Рафиева действовали не только в Дагестане - но и в соседней Чечне, которую плотно держалКадыров и примкнувшие к нему кланы и тейпы. На него счету было как минимум восемь милиционеров и трое сотрудников ФСБ. Готовил он покушение и на самого генерала Проносова, только оно было пресечено в самом начале. С этим не шутят, это тебе не бомбу на Дербентском рынке обезвреживать.
Субурбан генерала Проносова тормознул около БТР, укрывшегося за домом, рядом стоял большой, бронированный, с черного цвета кузовом КамАЗ - оперативный штаб, его вся Махачкала знала, как "черный ворон". Впереди шла вялая перестрелка - били одиночными, пристреливаясь видимо. Еще дальше по улице была видна стоящая на спущенных шинах, исклеванная пулями Лада Приора - скорее всего оперативная машина ФСБ, но рядом с ней никого не было, пострадавших вынесли из-под огня. Генерал вышел из Субурбана, личные охранники, держа наизготовку автоматы окружили его. Генерал в одно мгновение оценил, насколько слабо пока оцепление.
Почти в этот же самый момент, следом за Субурбаном остановился черный Хаммер Н-1, возглавлявший колонну из трех тяжелобронированных трехосных "Тайфунов" - спецмашин, устойчивых к взрыву, совсем недавно получили, до этого на бронированных Уралах ездили - матерились. Спецназ ФСБ, оперативная группа АТЦ, антитеррористического центра, его возглавлял Мугуев, Аслан Мугуев, этнический вайнах, воевавший в первую чеченскую против федералов, а во вторую - за федералов, и за это приговоренный исламской шурой к смерти. Мугуев отличался особой, совершено нетипичной для Кавказа методичной и хладнокровной жестокостью. Среди боевиков он был известен как "Эсэс".
- Усилить оцепление - приказал генерал своим прикрепленным - я буду в центре.
