Когда Джим подошел к "своим", стоящим у бронированной Тойоты с эмблемами "Эринис" - британский контрактор, которого все знали по кличке "Сахиб", бывший оперативник САС, отличившийся в Боснии и самом начале в Ираке - рассказывал очередную историю, в которой непонятно чего было больше - то ли правды, то ли лжи...
- Так вот... И заходим мы в эту долбанную хибару - а там, скажу я вам, хибары получше чем здесь. Заходим вчетвером, потому что в тех краях надо было держать ушки на макушке. А там какой-то ублюдок кричит - я муслим, я муслим, не стреляйте!
- И вы стали стрелять?
- Конечно, нет, какого черта. Тогда мы стреляли в сербов.
- И дострелялись.
- Дай доскажу. В этот раз - это в пятом году было - нам поступила информация о том, что в нашем секторе какой-то ублюдок организовал лабораторию по производству фугасов из неразорвавшихся снарядов. Причем этот ублюдок - говорит не на арабском языке, по крайней мере, наш информатор ни черта не понимал, что он говорит.
- Они тут все тупые...
- Ты будешь слушать или трындеть?! - разозлился британец
- Все, молчу, молчу - примирительно сказал южноафриканец из бывшего спецбатальона Буффало.
- Так вот. Потом нам удалось установить, что эти ублюдки обосновались в гараже в районе Аль-Джабайла. Кто-нибудь был в Басре?
- Я был... - сказал американец, относительно которого было известно, что он входил в состав сто двадцать первого спецотряда, охотившегося за верхушкой иракского сопротивления - это рядом с железнодорожным вокзалом, чуть ниже его, на самом берегу реки. На том берегу реки - зеленка, куда лучше не соваться. Там сыро, чертовски много растительности и предельно хреново.
- Соображаешь - уважительно сказал британец
- Так что там насчет этого ублюдка?
- Так вот. Там было полно соглядатаев, все пацаны, которые шлялись по улицам - помогали им. Поэтому, приняли решение высаживаться ночью, с реки, с надувных лодок.
- С реки... - протянул недоверчиво то же американец - там очень хреновый берег, в некоторых местах можно по горло провалиться.
- Это ты, здоровая техасская орясина провалишься. А мы умеем делать дела. Так вот - подошли мы на двух лодках, два патруля и два на прикрытии, потому что больше и смысла не было. Продвигаемся вперед, там комаров полно, сущее болото, идем по метру в час, в любом месте может быть растяжка. Потом - увидели одного ублюдка, он на крыше сидел с АК - отправили его к Аллаху, у нашего снайпера бесшумная винтовка была. Потом атаковали, вышибли дверь, бросили светошумовую, входим...
Британец выдержал паузу
- И что... - спросил тот же американец
- А там - две тачки разобранные, в одну уже пару десятков килограммов тротила зарядили. И этот ублюдок орет - я муслим, я муслим!
- Ха-ха-ха...
- Вот б... Я муслим! И чо?
- Чо-чо... Нам нужен был человек, который мог бы рассказать о том, что происходит в окрестностях. Притащили, одели колпак на голову**, этот аллашник все как на духу выложил. Девятнадцать человек сдал.
- А потом?
- Потом - потом... Отправили его в плавание по реке Шатт Аль-Араб. Без спасательного жилета, мать его...
Рассказчик не упомянул только одного. Обо всем об этом узнали журналисты. Те, кто это сделал - один был осужден на десять лет трибуналом, еще трое - изгнаны из армии с позором с лишением звания и наград. Вот так и воевали.
- Ерунда все это - авторитетно заявил американец
- С чего?
- Да с того...
Он не успел договорить - вдруг ощутимо насторожился, щелкнул затвором Калашникова, который здесь был у многих вместо М4.
Видя это - подобрались и остальные.
- Что...
- Не нравится мне это...
Но было уже поздно - совсем рядом захлопало, короткие хлопки как в ладоши только громче, с дороги уже летели гранаты автоматического гранатомета, и первая разорвалась, упал на крышу одного из внедорожников и убив сразу троих. Осколки разлетелись как раз на уровне голов.
Джим Лефтвич не помнил, как он оказался на земле - он пришел в себя и понял, что он лежит, а рядом лежит еще кто-то, и еще у него болит голова. Очень сильно болит...
И вокруг все взрывается. Взрывы следовали один за другим, без какого-либо промежутка, летели осколки, что-то уже горело. Даже в Пактии не было такого.
В следующее мгновение, его схватили за ногу и поволокли под машину.
Под машиной был американец - тот самый, из сто двадцать первого отряда. Он первый понял, что что-то неладно и первый начал действовать.
- Цел? - проорал он как контуженный
Джим утвердительно кивнул головой. Кажется, и в самом деле цел.
- Они переоделись как мы! - проорал американец - они прикинулись нами!
- Что?!
- Они в полицейской форме и на армейских машинах! Совсем тупой?!
- Нет... - тупо ответил Лефтвич
- Ты откуда?
- Морская пехота! Из Пактики!
- Кто стоял там рядом?!
- Мы работали вместе со сто первой дивизией! Иногда с третьим батальоном сто восемьдесят седьмого горнострелкового полка! Оперативная группа Раккасан, командующий полковник Вьет Луонг!***
Его вынужденный напарник из сто двадцать первого отряда кивнул, признавая его за своего.
- Сколько их?!
- Я видел шестерых! Полицейская форма и спецоружие!
- Где!?
- Слева!
