–Что за зверь? – тихо спросил Стан. Вместо ответа Фаэт осторожно отвёл в сторону сломанное крыло и молча отошёл. Человек и эльфы притихли. Перед ними лежало прекрасное и грозное существо. Почти с лошадь размером, оно удивительно напоминало рисунки геральдических зверей. Мускулистое львиное тело с очень мощными, когтистыми ногами, было до половины покрыто тёмными перьями с отчётливым металлическим отливом. На нижней стороне туловища перьевой покров доходил до паха, судя по которому, погибший зверь был самцом. Крылья, достигавшие шести метров в размахе, росли из плечевого сустава, точно как у драконов. Однако на этом сходство кончалось; и структура, и форма, и рисунок перьевого покрова до мелочей повторяли крылья орлов. Приглядевшись, Стан заметил расслабленные сейчас канаты мышц, обвивавшие весь скелет крыла. Передние конечности существа – мускулистые, мощные, очень сильно развитые – куда больше походили на руки, чем на львиные лапы. Вдоль задней стороны и передних, и задних конечностей, шла длинная бахрома шерсти, напоминавшая тонко подстриженную полоску гривы. Хвост – очень похожий на львиный – заканчивался пушистой кисточкой. Однако самой интересной деталью находки была, несомненно, голова.
Очень мощная, увитая заметными даже из-под перьев мускулами шея, была увенчана крупной, необычайно похожей на орлиную головой.
Внимательный взгляд заметил бы некоторые несоответствия в пропорциях – например, глаза были гораздо больше, как и затылочный отдел; форма черепа значительно отличалась от птичьей, хотя перья и скрывали неточности… Однако главным несоответствием были высокие, типично кошачьи треугольные уши с длинными кисточками на концах.
Они придавали зверю необъяснимо симпатичный облик котёнка, моментально располагающего к себе пушистика. Мощный, загнутый крючком клюв также был необычен. Верхняя, роговая часть клюва напоминала загнутую вниз толстую стрелу с широким треугольным наконечником. Весь остальной клюв представлял собой прочную, почти ороговевшую кожу, настолько сливавшуюся с роговой половиной, что заметить разницу можно было только подойдя вплотную и наклонившись. Зверь лежал, слегка приоткрыв клюв. Можно было видеть мелкие зубчики, придававшие мёртвой птице видимость жуткой усмешки. Все тело погибшего покрывали раны и следы жестоких ударов, оба крыла были сломаны в нескольких местах.
–Досталось бедняге, – посочувствовал Казад. – Кто ж летает в такую погоду? Эльфы молча переглядывались. Их тревогу не могла скрыть даже привычная маска высокомерия, которой так славились бессмертные.
–Что случилось? – поинтересовался человек. – Я всегда слышал о грифонах как о зверях эльфов… Фаэнор с трудом усмехнулся.
–Тот, кто назовёт грифона зверем, проживёт слишком мало времени для осознания своей ошибки. Стан с интересом обернулся к советнику.
–Так они разумны?
–Тридцать лет назад я бы ответил – нет. Эльф помолчал.
–Эльфы много веков использовали грифонов вместо проклятых в Эрраноре драконов. Птицы своенравны и часто злобны, однако если похитить птенца и вырастить правильным образом, грифон становится верным другом на всю жизнь. Язык грифонов казался настолько примитивным, что даже знатоки этих зверей не считали их разумными.
Охотники время от времени посещали остров и похищали птенцов; хотя грифоны и похожи на птиц, яиц они не откладывают. Фаэнор помолчал.
–Родители всегда яростно защищали птенцов, поэтому как правило, каждый успешно доставленный на Эрранор выводок означал двух мёртвых грифонов. Так продолжалось веками… Пока двадцать лет назад, впервые за всю историю, мы не получили отпор. Эльф содрогнулся.
–И какой отпор! Корабль охотников атаковала самая настоящая армия.
Все грифоны были вооружены, действовали так чётко и слаженно, что ни один не был даже ранен – за ними чувствовалась рука талантливого полководца. Погибли все эльфы с корабля, за исключением троих. Этим троим вождь грифонов приказал вернуться домой и сообщить, что отныне эльфам запрещено появляться ближе чем в ста километрах от берегов острова. Птица говорила на прекрасном общем языке. Казад недоверчиво моргнул.
–И вы что, даже не попытались отомстить за своих?
–Отчего же, – невесело ответил один из эльфов. – Попытались.
Флотилия из десяти кораблей была послана на остров с приказом изловить наглого грифона и доставить в Эрриадор живым. Ни один корабль не вернулся. Стан невольно вздрогнул.
–В неприятное место мы попали…
–Вот именно. Фаэнор тяжело вздохнул.
–Если за минувшие годы злоба грифонов не остыла, нас не спасёт никто… – он запнулся, заметив выражение лица одного из эльфов. Тот медленно поднял руку.
–Даже они? Все резко обернулись. Утёс, у подножия которого был найден мёртвый грифон, вздымался на несколько десятков метров, переходя в скалистый кряж. И сейчас там, где смутно чернел вход в пещеру, стояли два дракона. Синяя и чёрный.
Дарк проснулся на рассвете. Осторожно выскользнув из-под крыла спящей Китаны, чёрный дракон прокрался к выходу из пещеры и выглянул.
