–Знаешь, я начинаю тебе верить, – задумчиво произнёс молодой воин. Жрец хрипло рассмеялся.
–Если не боишься возможной смерти, иди за мной и дальше, о крылатый. Тогда, быть может, ты поверишь… Дракон проводил человека долгим взглядом. Хромая, часто спотыкаясь и едва не падая, жрец брёл сквозь темноту, дрожащей рукой сжимая факел. Внезапно Викинга пронзила жалость. «Он же просто несчастный человек…» – молодой дракон беззвучно двинулся следом. Викинг принял решение тайно следить за Алголом до самого конца. Ещё полчаса прошли в молчании. Человек и дракон пробирались по низкому, грубо обработанному коридору, всё глубже спускаясь под землю. В некоторых местах Викингу приходилось ползти, столь низко осел потолок. Дракон сильно отстал от своего спутника, и уже давно мог бы повернуть назад, но любопытство влекло его не хуже магии Повелителей. Викинг упорно двигался по коридору, стараясь не отставать от Алгола. А тот уже совершенно забыл о своём спутнике. Факел жреца мигал далеко впереди, и если бы не способность драконов видеть инфракрасное излучение, Викинг давно бы остался в полной темноте. В пещере становилось холодно. Чем ниже опускался коридор, тем сильнее возбуждался Корг. Иногда он бормотал себе под нос непонятные слова, один раз стал размахивать факелом, словно сражался с привидением. До Викинга донеслись выкрики «Нилмер, Нилмер!». Безумие жреца нарастало тем быстрее, чем ближе он подходил к своей цели. Наконец, коридор упёрся в массивную железную дверь весьма подозрительного вида. Некогда страшная катастрофа искорёжила металл, выгнула дверь наружу, оставив под ней узкую щель в темноту. Правая сторона дверного проёма нависала над бездной; в боковой стене коридора зиял многометровый пролом в бездонную шахту. Викинг смотрел, как Алгол прополз в щель под дверью и исчез. Свет факела тускло мерцал ещё несколько минут, и наконец наступила полная тишина. В темноте мрачно горели алые глаза дракона.
–Говоришь, смертным запрещено посягать на Обитель богов?… – прошептал Викинг. – Что ж, возможно и так. Но я бессмертен. Бесшумно приблизившись к пролому, молодой дракон внимательно оглядел стены мрачной шахты, глубоко вздохнул и прыгнул вниз. С шелестом распахнулись перепончатые крылья.
Отряд грифонов вырвался из-за скалы совершенно неожиданно.
Эльфы, успевшие за минувшие шесть часов разжечь у подножия утёса небольшой костёр, вскочили с мест и образовали оборонительный круг.
Стан и Казад, положив руки на оружие, замерли рядом. Грифоны не пытались приблизиться. Дав круг над отмелью, крылатые жители острова расселись на гребне скалы в трёх сотнях метров от пришельцев; очевидно, зрение они унаследовали от орлов. Один из грифонов на большой скорости улетел вглубь острова.
–Их вождь знает своё дело… – пробормотал Фаэнор. Грифоны молча разглядывали эльфов. Прошло около часа, прежде чем воздух задрожал от совместной работы сотен крыльев. К изумлению пришельцев, огромный отряд грифонов появился со стороны моря, видимо совершив большой крюк с целью обмануть врага. Фаэт бросил на Фаэнора угрюмый взгляд.
–Мы погибли.
–Рано или поздно, смерть находит всех, – угрюмо ответил советник.
Гном и человек стиснули бесполезное оружие. Поднялись немногочисленные уцелевшие луки; эльфы собирались дорого продать свои жизни. Однако коварство неведомого командира грифонов превосходило всякие мерки. Воины ещё не успели выпустить ни одной стрелы, когда с вершины утёса, у подножия которого сгрудились эльфы, прямо на них рухнула тонкая сеть. Прежде чем клинки успели перерезать прочные волокна, шесть молодых грифонов спикировали с вершины утёса и бросились на пришельцев. Сопротивление было сломлено почти сразу; не прошло и минуты, как опутанных сетью эльфов бросили на песок. Ни один грифон не был даже поцарапан. Единственным, кто избежал общей участи, оказался Казад. Гном разрубил падавшую на него сеть в тот же миг, как почувствовал её прикосновение; огромный топор в руках низкорослого воина превратился в сверкающее облако смерти. К Казаду никто не мог подступиться. Один из сидевших на утёсе грифонов распахнул крылья и в два взмаха преодолел расстояние до отмели. Крупный, покрытый светло-серыми перьями со стальным отливом, он опустился на песок прямо перед гномом.
–Ха! – выдохнул тот, продолжая вращать топором. Грифон молча поднялся на задние лапы. Резкий жест, плавный наклон, и в руке птицезверя возник тонкий и очень длинный хлыст. Тем же движением грифон нанёс молниеноносный удар, обезоружив Казада. Топор отлетел на несколько метров в сторону.