Дети Мглы доводили его до бешенства. Порой ему хотелось, чтобы они стали такими же безучастными ко всему, как и Этриан.
Юноша выжил, но лишился разума, затерявшегося в темных закоулках его мозга. Он словно пребывал во сне, выражая лишь самые примитивные потребности, и был столь же беспомощен, как и его сестра.
Наверняка имелся некий способ его освободить. Наверняка, дьявол его побери. Где-то в старых книгах…
Вартлоккур взглянул в зеркало.
– Проклятье. Никуда от этого не деться. Неужели дураки никогда ничему не учатся?
– Госпожа, – сообщил Ингер озадаченный солдат, – тебя хочет видеть Майкл Требилькок.
Сердце ее подпрыгнуло в груди. Требилькок? Здесь? Что это могло значить? Некий трюк, чтобы подобраться к ней поближе и убить?
– Он один? Он не говорил, что ему нужно?
– Нет, госпожа, не говорил. Да, он один. И без оружия.
Она хотела отправить его восвояси, бросив пару резких слов, но решила, что это неразумно. Встретившись с ним, она могла по крайней мере выиграть время.
Ей нужно было выиграть время. Для Дэйна. Для Браги, чтобы тот успел вернуться с гор. Особенно для последнего. У нее больше не оставалось надежды, кроме как на его заступничество.
Возможно, их отношения еще могли вернуться в прежнее русло. Она могла порвать с семьей и попытаться вновь завоевать его доверие. В конце концов, она была матерью его сына.
«Не будь дурой, – подумала она. – Доверие? Ты сама полностью его разрушила».
Она заглянула в гостиную, куда солдат должен был привести Требилькока, в надежде понять намерения Майкла до того, как тот ее увидит.
Это был все тот же прежний Майкл, только без оружия – высокий, бледный и холодный, не знающий страха. У нее вдруг возникла безумная идея приказать его убить – настолько он ее пугал. Во многом он был похож на Дэйна, оба не знали угрызений совести.
Собравшись с духом, она шагнула в комнату. Гвардейцы вытянулись в струнку. Майкл поклонился, соблюдая подобающий ее положению церемониал.
– Ваше величество, ты хорошо выглядишь. Я слышал, ты была больна. – Он вел себя так, словно между ними не было никакой вражды.
– Я выздоравливаю. – Не была ли это игра в некие двусмысленности и притворство? Нет, такого бы она не позволила. – Что тебя сюда привело?
Ответ Майкла оказался вовсе не таким, как она ожидала.
– У меня есть к тебе предложение, – просто сказал он. – Способ, как выйти из этого тупика и избежать его неприятных последствий.
Она села, сверля его взглядом.
– У тебя несчастный вид, – продолжил он. – Я всегда считал, что твоя самая подкупающая черта в том, что ты способна улыбаться в любых обстоятельствах. И я всегда тебе в этом завидовал. Мне жаль, что положение твое столь тяжко, что даже улыбка исчезла с твоих уст.
– Давай лучше про свое предложение, – застигнутая врасплох, проговорила она.
На губах Требилькока промелькнула усмешка.
– Ладно. Первое. Ты отказываешься от притязаний на трон Кавелина. Второе. Фальк лишается права на престолонаследие. Третье. Ваш брак аннулируется. Четвертое. Ты возвращаешься в Итаскию вместе со всеми своими людьми и забываешь о существовании Кавелина. Мы со своей стороны позаботимся, чтобы ты уехала целой и невредимой, и выплатим компенсацию за все приобретенное тобой здесь имущество.
– Не слишком захватывающее предложение, Майкл. Мне придется отказаться от всего, ради чего я жила.
– Оно означает, что ты будешь жить.
– Что?
– Говоря прямо, ваше величество, это единственный шанс для вас с Фальком уйти отсюда живыми. Мне бы очень не хотелось, чтобы дело дошло до другой крайности и чтобы потом меня мучила совесть. Может, я и дурак, но в моем сердце всегда занимала особое место недосягаемая супруга короля. И мне будет очень больно, если придется делать выбор между сердцем и долгом.
Ингер вскочила на ноги:
– Что?
– У тебя и впрямь потрясающая улыбка.
Подойдя к ближайшему окну, Ингер невидящим взглядом уставилась на крыши и остроконечные башни Воргреберга. Что это все значило? Даже ухаживания Дереля Пратаксиса повергли бы ее в меньшее замешательство. Наверняка это была ложь, некая часть их плана.
– Ваше величество, – сказал Майкл, – до меня дошел слух, будто кто-то пытался тебя отравить. Я убедил доктора Вахтеля обо всем мне рассказать. Увы, мне не удалось найти виновника, но я знаю, что ты обзавелась множеством врагов среди друзей короля. Я знаю, что, если Сословия спровоцируют очередной мятеж, твоя жизнь не будет стоить и гроша. В последний раз я едва сумел удержать полковника Абаку.
Повернувшись, она ошеломленно уставилась на него.
– Если ты исчезнешь, все станет намного проще. Сословия лишатся номинальной фигуры, вокруг которой они могли бы объединиться. Понимаешь? Так что я бы скорее предпочел, чтобы ты в целости и сохранности уехала из Кавелина, чем умерла здесь.
Она открыла рот, но тут же снова его закрыла. Что она могла возразить?
Майкл направился к двери, но остановился:
