– Он залег на дно в Месте Тысячи Железных Статуй, – сказал Вартлоккур. – У меня остались лишь смутные воспоминания, но, думаю, их хватит, чтобы сформировать базовую стратегию.
– Могу поспорить, Старец множество раз там бывал, – заявил Скальца.
– Посмотрим, что он сумеет нам рассказать.
– Собираешься поделиться с нами планами? – спросила Мгла.
– Что, если я задам тебе тот же вопрос? – улыбнулся чародей.
Мгла натянуто улыбнулась в ответ:
– Я отчаянно пытаюсь хоть куда-то продвинуться, не попадаясь на глаза этому дьяволу. Не хочу, чтобы он меня заметил, прежде чем я нанесу ему удар в спину.
– Пока он сосредоточен на мне?
– Само собой. Ты не пытался особо скрываться.
– Это часть моего плана, который продолжает развиваться. Лорд Юань, мне требуется твоя помощь.
– Опять?
– Таково проклятье самых лучших. Вот что я думаю…
Стратегия чародея основывалась на его оценке личности Старого Пройдохи, профиль которой составили мозговеды. Они полагались на сведения, полученные от Этриана, Ученика и Старца – главным образом от последнего, которому очень хотелось отомстить бывшему товарищу.
– Он продолжает совершать неожиданные поступки, – признал Вартлоккур. – Возможно, он улыбается до ушей, видя, как я готов шагнуть в полное крокодилов болото.
Мгла взглянула на Старца. Если бы тот не столь часто терял связь с реальностью… Старый Пройдоха утратил его преданность в ночь, когда погиб ее отец, а затем вызвал еще большее отвращение своими действиями на восточном острове.
Старец вовсе не ненавидел бывшего союзника. Ему лишь хотелось положить конец мучениям, как собственным, так и всего мира.
Вартлоккур подозвал специалиста, занимавшегося Старцем.
– Нужно сделать пару вещей. Первым делом сведи его с парнишкой за игрой в шоги, а когда они войдут во вкус, постарайся выяснить, пытался ли он когда-нибудь раньше бунтовать. Подробности не важны, просто да или нет. А потом подогрей его враждебность. Выясни все, что сможешь, о Месте Тысячи Железных Статуй. Мне нужно знать, как туда попасть.
Специалист посмотрел на свою хозяйку, Мгла молча кивнула.
– Немедленно этим займусь, господин, – ответил он, даже не спросив, нужно ли Вартлоккуру что-нибудь еще. – Насколько быстро требуется результат?
– Насколько это возможно. – Вартлоккур повернулся к Мгле. – Воистину, добрый человек.
– На императрицу другие не работают. – Она взглянула на дочь, которая все слышала.
Ека придвинулась ближе к Этриану, вероятно, чтобы его подготовить. Лорд Го показал два пальца на левой руке, давая понять, что займется другом.
– Что с Шикаем? – спросил Вартлоккур, снова посмотрев на Вэнчиня. – В последнее время его не видно.
– Он занят в другом месте, в том числе прикрывает меня, пока я здесь.
То была правда, но не вся, и чародей это понимал – к подобным заявлениям у него давно сложилось циничное отношение. И естественно, цинизм его был оправдан.
– Он не настолько в восторге от всего этого, как я, – добавила Мгла, – так что пусть делает все возможное, чтобы я могла полностью отдаться своей страсти.
– Разумно.
– Полагаю, ты готов к налету на старого злодея? – спросила она.
– Да. Но, боюсь, вместе у нас мало что получится. Я не могу доверять никому, кроме Радеахара. Только он поступит так, как нужно, не вмешиваясь в процесс.
– В каком смысле?
– В таком, что, если я поставлю тебе некую задачу, ты, вероятно, решишь, что знаешь способ получше, и попытаешься им воспользоваться. И это не приведет ни к чему хорошему. Мне придется быть в двух местах одновременно, чтобы сделать все необходимое для достижения успеха. Пока что я не решил, каким образом, не говоря уже о том, как управляться с предполагаемыми помощниками.
– Всегда можно попытаться совершить нечто абсурдное.
– То есть?
– То есть ты мог бы объяснить, что пытаешься сделать, чтобы люди поняли, почему это так важно, и не придумывали ничего нового. Я знаю, излишняя таинственность свойственна нашему роду, и обычно на то есть основания. Но разве вопрос выживания не стоит выше старых привычек?
– Возможно.
– Особенно если других попросят разделить риск.
– Не так-то легко довериться другим, даже когда это необходимо.
– Сколько у нас времени? – спросила Мгла. – Есть предположения?
– От нескольких дней до бесконечности. Думаю, вряд ли он станет впустую тратить время, пытаясь покончить с угрозой в моем лице. Наверняка он считает себя чересчур уязвимым и не может позволить себе излишней утонченности. Единственное, на что я рассчитываю, – на окружающий его туман неведения, в котором ему приходится действовать. – Оглядевшись, он добавил: – Он ничего не знает об этих людях и вряд ли готов противостоять их тайнам. Но он знает о Зимней Буре и, полагаю, немало о ней размышлял.
– Возможно, хватит двух дней, чтобы привлечь арбитра, который мог бы разрешить кризис. Я думаю о Браги, хотя сейчас он наверняка не питает особой любви к нам обоим. И вероятно, убежден, что его обманом вывели из игры. – Она увидела, как в чародее нарастает протест. – Именно так. И можно рассчитывать, что его отношение к нам изменится, если у кого-то из нас в итоге все получится.
Чародей с минуту молчал.
