Затем тем же путем пошли новые индустриальные страны, и власть Хусейна в Ираке, например, сделала свою страну самой развитой в арабском мире, вплотную подведя ее к выходу в космос и овладению ядерной энергией, сформировав целую армию талантливых инженеров и ученых. Впрочем, примеры отнюдь не демократических Китая, Тайваня, Сингапура, Южной Кореи – из той же серии. Правящие генералы в Сеуле много лет пресекали попытки народа жить, пользуясь красивыми импортными товарами, заставляя покупать только отечественное, и при этом приговаривали: «Хочешь жить красиво? Научись сам делать машины и электронику». И что же? Попытка увенчалась успехом.
История всего XX века убедительно доказала, что соединение недемократической, стабильной и твердой власти с экономической свободой творит чудеса. Особенно если такая власть обладает ясным проектом будущего. Когда после 11 сентября 2001 года капиталы побежали из впавшей в кризис американской экономики, некоторые россиянские «аналитики» всерьез рассчитывали на то, что эти деньги прибегут в экономику РФ. Но как бы не так! Они пошли в экономику Китая – туда, где нет идиотских выборов каждые четыре года, где царствуют дисциплина и порядок, где власть всегда держит слово и может гарантировать инвесторам неизменные условия на много лет вперед. А Россияния со всеми своими «рыночными законами» оказалась с во-от такушим носом!
Если сравнивать нас с «китайским чудом», то в России после 1991 года поступили ровно наоборот – стали строить демократию. Результаты этого новаторства – налицо. Коммунистический Китай нынче смотрит на русских как на бедных родственников, принимает Президента РФ Путина как лидера второразрядной страны и даже – верх позора! – дает Москве кредиты на покупку китайских технологий.
Россияне в начале 1990-х страдали одной иллюзией. Унаследовав от СССР огромный технологический задел, ВПК и прекрасные технологические проекты, аналогов которым в мире нет по сию пору, они устроили у себя амери-каноидную «демократию» и стали ждать, когда сюда набегут с несчитанными долларами американские инвесторы, и станем мы строить здесь новейшие самолеты, и термопланы с экранопланами, и лекарства делать, каковые заменяют собой целые отрасли мировой фармацевтики. На американские, стало быть, деньги. Но очень быстро умные смекнули: американский капитал никогда не пойдет на проект, в котором от него требуются лишь деньги, а русские целиком обеспечивают технолого-промышленную часть. Потому что американцы – не такие дураки, чтобы за свой счет вскармливать себе конкурента. Они гораздо охотнее разрушат у русских и промышленность, и оригинальные научно-технологические школы, заменив Все на свои технологии. Пусть они и хуже – зато свои.
Вот почему те, кто нынче быстро развивается, как правило, не страдают демократией у себя дома. Потому что именно жесткая власть позволяет взять прибыли от вывоза нефти и прочего сырья и вложить их в отрасли завтрашнего и послезавтрашнего дня. И тот же Ирак 1970-1980-х, получая от продажи нефти миллиарды долларов, превращал их не в золотые унитазы нуворишей, а в новейшую промышленность и волоконно-оптические линии связи, в тысячи высококлассных ученых и инженеров.
В США это прекрасно понимают. А поскольку весь смысл их политики сводится именно к тому, чтобы остановить развитие незападного мира, не дать России подняться и тем самым предотвратить возникновение конкурентов, то они «мочат» всех, кто не желает принимать «импортную демократию». Любого можно уничтожить, обвинив в недемократичности внутренней жизни. Россия «колониальную демократию» приняла и теперь стремительно скатывается на положение новой Африки. Оно и понятно: «импортная демократия» со всеми этими выборами-спикерами-президентами делает любую страну коррумпированной, дебильной, неспособной воплощать любые крупные проекты и полностью подвластной американским игрокам. Да еще и приводит к утечке огромных денег в американские финансовые центры, как мы уже убедились на своем опыте.
Вот поэтому-то все приведенные нами примеры убитого американцами развития относятся к недемократическим государствам. Вот почему и нас будут бить, едва мы действительно начнем развиваться.
Вот почему мы советуем вам, дорогой читатель, почаще вспоминать слова литературных Беркова и Рахлина, примеряя их к нынешней России.
– Да что вы страсти-то нагнетаете? – скажет нам Новомодный россиянский патриот с триколором в петлице. – Впервой, что ли, России из передряг выпутываться? Разве первый раз нам так плохо?
Именно что первый!*Так плохо, как сегодня, нам не было никогда.*
