Луи сомневался, что они сумеют прикончить настоящих язычников столь медленными и неуклюжими выпадами. Сам он убил немало варваров и знал, насколько это сложно.
За двумя длинными рядами крестьян около семидесяти воинов упражнялись с мечами, щитами и топорами — оружием опытных бойцов. Именно в их компанию вернулся Айлеран, оставив Луи на растерзание
Луи невольно залюбовался их отточенными движениями, четким взаимодействием, умением работать с мечами и щитами, с которыми они сходились в пробных поединках под присмотром Айлерана.
Глядя на них, Луи испытывал странные чувства. Это воины, это его народ. Не важно, что они ирландцы, ведь они были такими же христианами, как он, а связь братьев по оружию всегда сильнее связи с землей, откуда они пришли. Ему хотелось присоединиться к ним, тренироваться с ними, готовиться к настоящему бою. Прошло уже много времени с тех пор, как он носил меч и кольчугу, и хотя его мышцы еще помнили уроки, усвоенные в прошлом, он не ощущал в себе прежней уверенности.
Луи нашел унизительным то, что ему приходилось муштровать глупых крестьян, в то время как рядом упражнялись настоящие воины, к которым он мог бы присоединиться. Он знал: отец Финниан, аббат и
Но невозможно и вести воинов, не заслужив прежде их признания и уважения.
«Наверное, стоит сойтись одним из них в поединке и повалить его на землю», — решил Луи. Этот способ творил чудеса, когда требовалось получить чье-то уважение.
— Брат Луи?
Луи обернулся на этот зов. Окликнул его брат Лохланн, но Луи узнал его далеко не сразу. Юноша распрощался с монашеской рясой и носил теперь тунику и кольчугу, а также меч на поясе.
— Брат Лохланн… — сказал Луи, и, прежде чем он успел задать очевидный вопрос, Лохланн уже ответил:
— Брат Гилла Патрик сказал, что вам понадобится помощник, — объяснил Лохланн. — И сказал, что я вполне подойду. — В его тоне чувствовались смущение и замешательство. — По правде говоря, я думаю, что это отец Финниан велел брату Гилла Патрику отправить меня сюда. Брат Гилла Патрик был очень этим недоволен, как мне показалось.
— Очень даже может быть, — сказал Луи. Еще два дня назад Луи послал бы Лохланна прочь, еще и наподдав ему под зад, но после всего случившегося парнишка начал ему нравиться. И Лохланн, в свою очередь, оставил свои высокомерные манеры. — Брат Гилла Патрик дал тебе кольчугу и оружие?
— Нет, не он, — ответил Лохланн. — Это мои собственные… я привез их с собой. В монастырь. Мой отец не знал об этом.
Луи кивнул. Мальчишка наверняка не из простых, потому и умеет хоть как-то обращаться с мечом. «Его отправили в монастырь против воли», — подумал Луи, испытывая к Лохланну еще большую симпатию.
— Хорошо, — сказал Луи. — Поднимай этих людей и продолжай их муштровать.
Он кивнул в сторону копейщиков, которые не преминули воспользоваться тем, что Луи отвлекся, и тут же перестали упражняться. Одни стояли, опираясь на свое оружие, другие даже уселись на землю.
Лохланн прищурился:
— Я? Они даже не знают, кто я такой. Разве они станут меня слушаться?
— Они будут тебя слушаться, — сказал Луи, — потому что ты при мече и кольчуге, потому что ты будешь говорить с ними так, словно ожидаешь беспрекословного подчинения. Не медли, не выказывай неуверенности. Повелевай ими так, будто ты король всей Ирландии.
Лохланн кивнул, обдумал, что будет говорить и как именно, а затем развернулся к крестьянам-копейщикам:
— Прошу всех вернуться к занятиям!
Он выразился не совсем так, как это сделал бы Луи на его месте, да и голос у Лохланна едва не сорвался, но тон был достаточно властным, чтобы новобранцы ему подчинились, пусть и с меньшим рвением, чем Луи хотелось бы видеть.
— Хорошо, брат Лохланн, — сказал Луи достаточно тихо, чтобы никто другой не расслышал. Он обратился к крестьянам: — Назад и защита! Тупым концом копья — удар!
Еще двадцать минут Луи натаскивал их, показывая разные удары и блоки и как нужно строить линию обороны. Следовало также научить их слушать приказы и подчиняться им без промедления, а также породить в них уверенность в обращении с копьем.
— Хорошо! — крикнул Луи, устав смотреть на их жалкие потуги. — Разбейтесь на пары, упражняйтесь друг с другом. Постарайтесь на этот раз никого не покалечить!
Крестьяне опустили копья и разбрелись по парам, намеренно не торопясь, чтобы отдышаться и остыть.
— Брат Луи, вы получали вести об отце Финниане? — спросил Лохланн, когда они остановились бок о бок, чтобы понаблюдать за тем, как новоявленные солдаты совершают первые ленивые выпады.
— Нет, пока нет, — сказал Луи.
