Я посмотрел на нее, и наши взгляды встретились. Несмотря на внешний лоск, по ее глазам можно было увидеть, что внутри у нее идет борьба. Ранее, после смерти королевы, она долгое время походила на пустую оболочку.
Сейчас же в ней впервые появились эмоции. В ней чувствовался гнев, но, что удивительно, он не был направлен на меня. Также, помимо гнева, можно было легко заметить сомнения, что ее одолевали. Она то и дело переводила взгляд с меня на сверток в своих руках, словно думая, что ей делать.
Внезапно Сарра, которая все еще играла роль фрейлины, подошла к принцессе ближе. Заметив, как девчонка крепче сжала сверток, северная воительница решила проконтролировать, чтобы Рейлла не наделала глупостей.
Наконец, в очередной раз переведя взгляд со свертка на меня, Рейлла тихо выдохнула, ослабила хватку и произнесла:
— Позвольте представить вашего сына, муж мой.
С этими словами она откинула кусочек ткани, что все это время прикрывал лицо младенца, а затем протянула ребенка мне. Теперь на меня с любопытством смотрела пара фиалковых глаз.
В тот же миг я быстро положил на землю сундук, чтобы освободившимися руками взять ребенка. И стоило мне только это сделать, как сын резко изменился в лице. Он нахмурился и слегка скривил лицо, словно размышляя, стоит ли ему кричать и плакать.
Наблюдая за младенцем, я лишь насмешливо фыркнул и бережно протянул его обратно «матери».
— Ваше Величество, — обратился ко мне Росс, — было решено, что имянаречением наследника должны заняться вы.
Я удивленно окинул всех взглядом. Все обитатели замка терпеливо ждали, когда наследник получит от меня имя, чтобы как можно скорее разнести эту весть.
Вновь посмотрев на сына, который продолжал с вызовом сверлить меня своим взглядом, я с улыбкой вымолвил:
— Ирудис… Ирудис Рексарион.
***
— Рассказывайте, — приказал я, когда вошел в палаты Малого совета, где уже собрались все мои приближенные.
Но никто из моих людей не спешил начинать отчет до тех пор, пока я не занял свое место.
— Что у вас произошло, пока меня не было? — спросил я, скрестив руки перед собой и медленно переводя взгляд с одного подчиненного на другого. — Из-за чего по возвращении я вынужден бежать на заседание Малого совета вместо того, чтобы провести время с новорожденным сыном и его матерью?
— Если коротко, то мы в дерьме, — вдруг сказал Роб, за что на него обрушились возмущенные взгляды со стороны Джона и Росса. — Что? Не будете же вы отрицать очевидного?
Тем временем Варис, который удостоился чести присутствовать на Малом совете наравне со всеми, никак не отреагировал на слова одного из бывших наемников.
Я вопросительно посмотрел на Джона, отчего тот тяжело вздохнул.
— Говори, — приказал я, не отводя взгляда от калеки.
— Боюсь, что вынужден согласиться с Робом, — тяжело проговорил тот. — Похоже, что уничтожение Браавоса не возымело должного эффекта, а рождение наследника, напротив, заставило всех действовать куда активнее.
Джон замолчал, словно позволяя всем присутствующим осознать смысл сказанных им слов.
— Продолжай, — помрачнев, произнес я.
— Весть об уничтожении Браавоса разлетелась достаточно быстро, — вновь заговорил однорукий. — Но на «вольников» это не возымело нужного эффекта. Судя по слухам, в Квохоре и Норвосе по-прежнему полным ходом идет подготовка к нападению.
— А что Пентос? — поинтересовался я.
— Магистры Пентоса… — медленно начал говорить Джон, но был прерван.
— Мои пташки доложили, что обстановка в городе неспокойная, — встрял в разговор Варис, жестом извинившись перед калекой. — Магистры продолжают подготовку, но они все же сомневаются в вероятности их победы. Слишком уж доходчивой для них была демонстрация вашей силы, мой государь.
В мягком голосе Вариса чувствовалось некое фанатичное благоговение, которому я старался не придавать значения. Вместо этого я погрузился в раздумья, которые, впрочем, были быстро прерваны словами Джона:
— Их можно дожать, предложив куда лучшие условия для вступления в состав Новой Валирии, — произнес Джон. — Но не думаю, что переход Пентоса под наши знамена заставит Норвос и Квохор отказаться от идеи пойти в наступление на нас.
— А если им так же предложить перейти под наши знамена? — поинтересовался Росс.
— Они ни за что не согласятся, — ответил ему Варис.
Здоровяк вопросительно посмотрел на юнца.
— Если бородатые жрецы Норвоса просто упрямы, — решил внести больше ясности однорукий Мастер над шептунами, — и просто не пожелают говорить с чужаками, что не поклоняются их богу, то вот с Квохором все еще хуже. Думаю, ты сам не захочешь, чтобы в составе Новой Валирии был город, где практикуют жертвоприношения и поклоняются темному богу.
— Другими словами, переговорщиков они просто бросят на алтарь, — с усмешкой произнес Роб, откидываясь на спинку стула.
Они продолжали говорить, обсуждая теократический строй Норвоса и фанатизм жрецов и колдунов. Я же пропускал их слова мимо ушей, полностью погрузившись в себя. Но сколько бы я ни размышлял над тем, что нужно делать в сложившейся ситуации, правильный ответ не приходил на ум.
