— Я, пожалуй, пойду проведаю племянника, — перебил десницу брат, понимая, что речь пойдет о государственных делах. — Рад был увидеться, брат. Лорд Ройс.
Кивнув деснице, Дункан поспешил удалиться. Он воин до мозга костей. Стоит рядом начаться разговору о политике, как брат ищет любой повод, чтобы тактично уйти.
— Он неисправим, — тем временем, сказал я вслух, — Иногда я задаюсь вопросом, кто из нас старше.
Ройс тактично не стал никак комментировать ни мое заявление, ни быстрый уход Дункана.
— О чем вы хотели поговорить, лорд десница? — спросил я, переходя на деловой тон. — Мне казалось, что вопросами государственной важности занимается король и Малый совет. Я же не являюсь ни первым, ни вторым.
— Блэкфаеры, ваше высочество, — начал говорить мужчина, — Или если быть точным, то целая банда наемников, которых с легкой руки покинувшего нас принца Дункана прозвали Девятигрошевыми Королями.
Я выжидательно посмотрел на собеседника.
— Незадолго до своего отбытия в Летний замок король приказал внимательно следить за любыми действиями этой шайки, — продолжил говорить лорд Ройс. — Они активно захватывают Спорные земли и Ступени, подбираясь к нашим территориям. Тирош так и вовсе уже под их контролем. Учитывая притязания Блэкфаеров на Железный трон, неровен час, когда они обратят свой взор на Вестерос.
— Я так и не услышал причины, почему вы искали встречи со мной, — холодно произнес я, смотря ему прямо в глаза. — Вам приказал король, и ответ держать вы должны перед ним. Я же пока не король, так скажите мне… Чего вы от меня ждете?
Десница замялся. Глаза его забегали, и, не выдержав, он опустил взгляд.
— Мы отправляли ворона королю, — тихо проговорил он, — Но не получили ответа. Боюсь, что одержимость короля начала сказываться на его дееспособности. Поэтому я понадеялся, что вы…
— Одержимость короля — не вашего ума дело, — грубо ответил я.
Голос мой разнесся по всему тронному залу, многократно отражаясь от стен и создавая эхо.
— Ваше же дело — выполнять свою работу, — продолжил я. — Это вам понятно?
— Да, ваше величество.
— Так выполняйте ее, а не делайте глупых предположений, — сказал я, и, прежде чем уйти, добавил, — А что насчет вашего вопроса. Делайте то, что должно. Если того потребует ситуация, окажите помощь пиратам. Это должно задержать этих «королей», а в идеале ослабить.
Позднее, уже идя по коридорам Красного замка в сторону нашей с Шейрой спальни, я думал:
***
252 г. от З.Э. Ступени.
Ират Рексарион.
Ночь. Крики и залитые кровью доски палубы. Звон стали вперемешку с мерзким звуком вгрызающейся в плоть стали. Гул огня, охвативший одну из мачт. И смотрящая на меня морда пирата, кривящая рот, полный гнилых зубов, в безумном оскале. Мерзкое зрелище. Хорошо, что долго им любоваться не пришлось.
Увидев, по его мнению, легкую добычу, пират рванул в мою сторону, занося для удара свои топоры. Глупое решение. Сделав короткий шаг ему навстречу, взмахом меча отрубаю ему левую руку. Чтобы боль от потери конечности добралась до мозга, потребовалась пара мгновений. Но разинутый рот не успел издать ни единого звука. Очередной взмах мечом — и отрубленная голова катится по деревянной палубе. Отсутствие нормальной защиты вновь сыграло злую шутку с пиратами.
Стоило обезглавленному телу рухнуть, заливая все вокруг себя кровью, как я почувствовал столь желанный прилив сил. Слабость, ощущаемая мной последние несколько дней, отошла на второй план, уступив место желанию действовать. Действовать, чтобы снести еще несколько голов и получить еще больше силы. Сам того не замечая, я исказил лицо в кровожадном оскале.
Осматриваясь по сторонам в поисках новой цели, параллельно оценивал сложившуюся ситуацию. И складывалась она не лучшим образом. Корабль был объят огнем, и, чтобы спасти судно, нужно было действовать быстро. Это же касалось и второго судна, которое мы сопровождали, только там ситуация явно обстояла еще хуже. Все же корабль был по большей части грузовым и предназначался для перевозки провизии, которую мы должны были доставить из Тироша. Но все сложилось несколько иначе.
