БИБЛИОТЕКА ПРИКЛЮЧЕНИЙ
И НАУЧНОЙ ФАНТАСТИКИ
МОСКВА ~ 1970
ГЕОРГИЙ БРЯНЦЕВ
КОНЕЦ
ОСИНОГО
ГНЕЗДА
ДМИТРИЙ МЕДВЕДЕВ
ЭТО БЫЛО
ПОД РОВНО
Р2
Б89
7—6—3
ОСИНОЕ ГНЕЗДО
Телефонный звонок дошел наконец до моего сознания. Я вскочил и подбежал к аппарату. В окне уже брезжил рассвет. Вызывал к себе подполковник Фирсанов. Хотя за год войны пора было привыкнуть ко всяким неожиданностям, я все же встревожился– фронт проходил недалеко, всего в полусотне километров отсюда. С вечера, когда я отправлялся на квартиру, никаких непредвиденных заданий для меня в штабе партизанского движения как будто не намечалось. Наоборот, мне приказали сутки не появляться в штабе, пока не закончу обработку материалов,которые собрал во время своей недавней ходки в тыл противника. И вот– неурочный звонок…
Спал недолго– всего часа два: ночи нашего прифронтового городка были тревожными, его бомбила вражеская авиация, и лишь незадолго до рассвета наступала тишина.
Наскоро умывшись и одевшись, я рассовал по карманам папиросы, фонарик, складной нож– все, что при любых обстоятельствах должно было быть при мне,– затянул ремень с полевой сумкой и пистолетом и выскочил из дому. Светало. Теплели краски неба. Зеленоватая полоска на востоке быстро розовела. Рассветный ветерок пахнул в лицо прохладой, росистой свежестью и донес из соседнего садика волнующий запах влажной мяты. Листья тонкой березки у моего окна будто умылись росой – были совсем мокрые.
С холма, на котором стоял дом, виден городской парк, окутанный туманной дымкой.Река тоже курилась туманом,и в нем неясно вырисовывались металлические формы железнодорожного моста.
Я вышел из палисадника, прикрыл за собой калитку и зашагал вниз по травянистой узенькой улице,между двумя рядами бревенчатых домиков с резными наличниками окон и крылец. Через две-три минуты я уже был на мощеной «главной» улице.
Городок просыпался рано. Немилосердно грохоча по булыжной мостовой, промчалась трехтонка. В ее обшарпанном кузове, держась друг за друга, стояли люди с кирками и лопатами. На перекрестке расхаживал солдат-регулировщик с автоматом. С северной окраины, где размещались ремонтные мастерские фронта, доносился тяжелый гул танковых моторов, а с восточной, с аэродрома,– звенящий рокот самолетов.
На улице виднелись следы ночной бомбежки: чернели воронки,пахнущие гарью и свежей землей,– вечером их не было. Тротуар в одном месте завалило грудой кирпича. У водоразборной колонки из-под земли фонтаном била вода. Вокруг лужи, деловито чирикая, копошились неугомонные воробьи. Едкий дымок горелой краски щекотал нос.
Я торопливо обошел трансформаторную будку, превращенную бомбой в груду мусора, из которой торчали обрывки проводов, сваленный взрывной волной серебристый тополь, и выбрался на тенистую окраинную улицу, обрамленную двумя рядами старых лип.
Вот и аккуратный, обшитый тесом зеленый дом штаба. Его окна украшают кружевные,богатой резьбы наличники,а верх венчает легкая шатровая башенка с флюгером. Буйная, густая трава скрывает обитый досками фундамент.
Знакомый часовой у калитки с подчеркнутой молодцеватостью приветствовал меня и пропустил во двор. Я вбежал на крашеные деревянные ступеньки крылечка, прошел застекленную веранду по дорожке из небеленого холста и, перешагнув порог комнаты, увидел подполковника Фирсанова.
Подполковник стоял у окна, дымя папиросой. Видимо, он не спал в эту ночь. Лицо у него было усталое, веки припухли и покраснели.
– Майор Стожаров по вашему вызову явился!– доложил я.
Подполковник хмуро сказал:
– Поедете в Красные Кочинки.Там поймали парашютиста.С вами будет офицер из разведотдела армии. Надо допросить пойманного. Если это гитлеровский солдат-десантник,передайте его армейцам,а если агент-разведчик,везите сюда.
– Слушаюсь,– сказал я.– Разрешите выполнять?
«Эмка» мчалась по разбитому большаку в клубах пыли. Прыгая по рытвинам и ухабам, она обгоняла санитарные машины, автофургоны, повозки, грузовики и жалась к обочине, уступая дорогу автоколоннам, идущим к фронту. Над большаком висело тугое, душное облако пыли: пыль тянулась за каждой встречной машиной, пыль, несмотря на поднятые стекла, забивалась внутрь.
Рядом с шофером дремал, привалившись к дверце, майор Коваленко из разведотдела армии.Это был пожилой человек,старый чекист,пенсионер,с начала войны снова вставший в строй. А я спать уже не мог.
