– Вот! Здесь твоё сердце, Варя! Здесь твоя жизнь – и здесь частица всех нас, всей твоей семьи. Позови нас, и мы всегда сможем тебя отыскать, где бы ты ни оказалась. Никогда не забывай об этом. – Она коснулась унизанными перстнями пальцами своей груди и закрыла глаза. И в тот же миг я почувствовала, как кровь в моих венах вскипела. Я ощутила
– Теперь ты слышишь мой
– Д-да, – поражённо кивнула я, не в силах пошевелиться.
– Никогда не забывай, что он рождается из твоего сердца. И тогда ты не потеряешь дорогу к дому. – Она встала и, поцеловав меня в макушку, ушла с кухни.
А я так и стояла, глядя, как тянется за тётушкой алая нить, которую я не замечала столько лет.
Да, тот день я помню хорошо. Даже сейчас смех берёт, какой простодушной девочкой я была в те годы! Сколько всего не знала, сколько всего не видела вокруг.
И теперь уже мало что способно меня удивить.
Бросив пыльную тряпку на пол в комнате тёти Анфисы, я устало приваливаюсь спиной к тумбочке. За ней всё ещё гудит ветер. Но туда я уже больше никогда не полезу, что бы вообще откуда ни доносилось. С того самого памятного дня этот проход тётя Инесса закрыла, сперва окурив дымом семи трав, а после поставив там решётку с замком. Больше никто не должен оказаться в логове кукольной хозяйки и её младенца. Ключ от решётки был лишь у Анфисы – правда, как я ни допытывалась, она так и не созналась тогда, для чего ей вообще был нужен этот проход.
Вот слышится шорох ключа в замочной скважине входной двери – и на пороге гнезда появляется Анфиса. Едва успев скинуть туфли, она сразу же замечает меня, сидящую на полу в её комнате с тряпками и тазиком воды.
– Ты что это творишь, Варька?! – обеспокоенно спрашивает она, в мгновение ока оказываясь в спальне. – Убираться тут у меня вздумала?! А ну брысь отсюда со своими швабрами и метёлками, и чтоб я тебя не видела больше в моей комнате!
Вскочив на ноги, я кубарем выкатываюсь в коридор. За мной оглушительно громко захлопывается дверь.
Тётушка Инесса, проходившая мимо, смотрит на меня поверх очков и мягко спрашивает:
– Что, не успела до конца убраться?
Я лишь тяжело вздыхаю в ответ.
– Ну ничего-ничего, моя пташка, – воркует тётушка, удаляясь на кухню. – Когда-нибудь она ослабит свою бдительность, вот увидишь. И тогда главное – чтобы ты в тот момент оказалась в нужном месте.
Я морщусь, пытаясь понять, уборку ли подразумевает тётушка или её фраза имеет какой-то более глубокий смысл, осознать который мне пока не суждено, но Инесса, поливая цветы на кухонном подоконнике и поглаживая их листочки, уже забывает обо мне и лишь тихо напевает себе под нос.
Тётушка Инесса днём работает в библиотеке, расположенной совсем недалеко от пятиэтажки, на последнем этаже которой мы живём. Библиотека эта такая крошечная, что, когда меня вместе с сёстрами водили туда в раннем детстве, я могла за пару минут обежать её всю, потрогав каждый стеллаж, из-за чего, собственно, она и казалась мне тогда чрезвычайно скучной. Тётя Инесса всегда пыталась образумить меня, дать побольше интересной литературы, но я только бесцельно бродила из зала в зал, рассматривая красочные обложки стоящих на полках книг, даже не открывая их. Наверное, всё изменил один день, когда тётушка как бы случайно оставила в библиотеке на столе возле меня раскрытую книгу, где в самом конце страницы была небольшая иллюстрация – свернувшийся кольцами и зарывшийся в песок двухголовый красный змей.
– Я никогда таких не видела, – едва глянув на изображение, сказала я Инессе. – Он какой-то неправильный.
Тётушка мягко улыбнулась и опустилась на пустой стул возле меня.
– Не всё, что не похоже на привычные тебе вещи, неправильно, моя пташка. Этот змей просто не принадлежит нашему миру.
– Он из другого мира? – сразу же заинтересовалась я.
– Верно. Как и эта книга. Она создана не в нашем измерении, хотя прочитать её ты можешь.
Я осторожно взяла в руки книгу и вгляделась в текст. Язык был мне знаком. Он ничем не отличался от того, на котором было написано большинство книг в этой библиотеке. Вот только там описывались вещи и явления, о которых я никогда не слышала: например, что небо рождалось в муках и потому цветом напоминает кровь, а земля давно иссякла под гнётом четырёх светил и поэтому иссохла до состояния песка, превратив весь мир в пустыню.
– Этот змей… – прошептала я, косясь на тётушку, – он живёт в мире, который здесь описан?
– Да. И этот мир реален, Варя. Но он сильно отличается от того, что привыкли видеть мы. Окружающий нас бескрайний Лес многолик. Многие его деревья похожи как две капли воды и чаще всего растут неподалёку друг от друга. Но отдельные могут иметь облик, вообразить который ты не сумеешь, даже приложив всю свою фантазию.
