Не особо довольная, своим пробуждением и нами, магиня огня, с конвоем из приданных ей кернов отправилась к брустверу. Как только она ступила на балкон, мы закрыли двери и я перехватил управление твердыней. К северу от занятой Войдом лесопилки и хуторка, в паре часов хода, судя по иконкам на карте, располагалась двойная деревня и тренировочный лагерь людских егерей. Там же светилось для ярлычка нераспечатанных кладов. Очевидно, боссы места сговорились меж собой, объединив силы. Значит с нами тоже, могут договориться.
— Вам теперь туда дорога! Войд оставь пионерию в деревне, возьми с собой молотобойцев и хускарла, но не Митяя. Найми в обелиске деревни крестьян. Идите к большой деревне. Димка, Скарлетт, обустраивайтесь, отдыхайте, утром начните добывать древесину, — постановил я.
За шестьсот монет в монолите людской деревушки наняли весь списочный состав, десяток крестьян — нордов. Многие были с топорами. В казне оставалось немногим более тысячи монет, включая пару сотен от волшбы лепрекона.
Введя в курс дел, и кое-как довооружив новых подданных, Войд повёл свой отряд дальше в чащу, в сторону большой деревни. Крестьяне получили факелы, ибо люди плохо видят в ночи. Димка и Скарлетт распределили пионерию по домикам, выставив посты. Митяй с Акулиной уединились в крайней избушке, подперев дверь изнутри. Жизнь продолжалась.
Отправил Роя общаться с Зажигалкой и погрузился в расчёты.
Однако, моральный дух моей нации теперь оставлял желать лучшего. Лепрекон, минотавр, люди, три разных расы, давали минус три к морали. Это уравновешивало 'Лидерство', достигшее экспертного значения, после выполнения скрытого задания. Отмена налогов подняла 'мораль' на два пункта выше нуля, но использование ядовитой гранаты и передача замка Зажигалке уронили её до нуля. С этим следовало что-то сделать. Случить мне пасть, ведь подданные просто разбегутся, из-за вдруг переставшего действовать на них 'Лидерства' вождя.
Вызвал к себе минотавра.
— Секирыч! У меня к тебе деловое предложение! Как бойцу тебе причитается жалование 120 монет в неделю. Я предложу тебе 300, при условии, что ты сохранишь мне верность став формально 'нейтралом'. А если кто-то захочет тебя перекупить, то ты должен будешь сообщить об том и я дам тебе больше монет, чем предложил подкупающий. Как согласен, — спросил я телёнка.
— Му? — услышал я недоумение в вопле.
Пришлось объяснять ещё раз. Формализм игры работал особенно сильно пока у 'босса места' имелся приписанный к нему сундук с сокровищем. Нанявшись единожды и будучи, так или иначе, уволен, 'юнит' обретал свободу воли, зависящую уже от его собственной жизненной позиции. Наконец минотавр понял, что от него хотят и согласился. Уволив Секирыча из списков своих подданных обнаружил, что 'моральный дух государства' вырос на единичку. Сами по себе мои гномы относились к телёнку доброжелательно, это система крала единичку 'морали'.
— Снаружи гремят барабаны, орки что-то готовят, — сообщил по селектору Рой.
Я посмотрел на карту, тело Штурма доставили к горе. Разбудив Плюха и Цифру, спустился к укреплениям. Успел вовремя, с того края туннеля к нам волокли грубый деревянный щит. Гномы пробовали его прочность болтами, видимо безуспешно.
— Твой выход королеве пламени! — обратился к Зажигалке Рой.
— Файерболами может и не полыхнуть. Кроме них я огненные фугасы умею закладывать, маны хватит как раз на один. Давайте попробую, — предложила магиня, жёстко осклабившись.
— Давай! — согласился Рой.
Зажигалка делала пассы куда-то за бруствер. Рой держал щит перед ней, готовый в любой миг закрыть от неожиданной стрелы.
— Сделано! — расслабилась магиня и присела: — Поднимите ставни.
Мы принялись ждать, изредка поглядывая в щели между поднятым столом и амбразурой. Туда же, по мере перезарядки, стреляли жребием, маленькими свинцовыми шариками, коими допускалось снаряжать арбалеты. Эти снаряды с забавным гудением рикошетили от стен и если попадали в щель между надвигающимся щитом и сводом туннеля, с той стороны раздавались вопли, полные боли.
В пеналах павезных арбалетчиков нашлись такие боеприпасы. По их подобию Цифра заготовила несколько горстей аккуратных шарообразных камешков, но те разлетались в пыль, столкнувшись с твёрдой преградой.
— Пора! — шепнула магиня, когда до врагов оставалось метров десять.
Мы плотнее прижали толстую, дубовую столешницу к амбразуре.
— Жжжаххх! — качнуло нас взрывной волной.
Языки пламени лизнули стол. Воздушная пробка в этой части туннеля смягчила удар, но каково было оркам?
Выглянув, мы увидели опрокинутый, занявшийся огнём деревянный щит и катающихся за ним врагов.
— Стреляем! — прокричал Рой, выпуская стрелу из своего блочника.
Весело щёлкнули арбалеты, добивая ошеломлённых орков. Вторая атака оказалась отбита.
До рассвета нас не беспокоили.
