От палочек Себа расходились волны, Иви пришлось пригнуться. Призрачная моль, вся в дырах, упорно латала себя лентами черного дыма. Себ сконцентрировался на ритме, мышцы на предплечьях напряглись, глаза сосредоточены. Каждая волна звука была как новый прут в невидимой клетке – и скоро призрачная моль оказалась в ловушке. Но Иви не знала, как долго Себ сможет продолжать в том же духе.
– Уходи! – крикнул он сквозь зубы. – Пожалуйста, Иви. Другого выхода нет!
Иви проскользнула под плененной молью, между столами, глаза ей застилали слезы. Внезапно она заметила, как прямо к ним семенит знакомая рыжая собачка.
Собачка тявкнула, зевнула – и ее лапки удлинились прямо на глазах, на подушечках показались страшные черные когти. Шерсть на загривке встала дыбом и почернела как сажа. Лай стал громче и ниже, а из челюстей полезли острые черные клыки. Гримвольф смотрел на Иви красными глазами, и его пасть расплывалась в гнусной ухмылке.
– Знаю, что ты хочешь сказать, – прорычал он, приближаясь к ней. – Правда же, я выгляжу гораздо лучше бабушки?
Глаза Иви расширились. Выходит, Волкобой, хозяйка гримвольфа, – это
Она отступила на шаг. Где-то из глубины зала за ее спиной доносился грохот: что-то падало на конвейерные столы, стулья опрокидывались на пол, шумела вода.
Выпрямившись, она подняла свое оружие, прицелилась сквозь застилающие глаза слезы и запустила йо-йо. Пока катушка возвращалась Иви в ладонь, с обеих ее концов отделились и понеслись навстречу волку два белых воздушных столба, вбирая на пути воду и слизь.
Гримвольф с ухмылкой посмотрел на приближающийся циклон, присел на задние лапы и прыгнул на стол. Край воздушного потока зацепил кончик его хвоста, но он с легкостью освободил его и снова спрыгнул на пол. Пока он отряхивался, циклоны Иви врезались в стену и превратились в пар.
– Как страшно! – издевательски фыркнул волк. – Ну, что дальше? Будешь дуть на меня, пока не лопнешь?
Иви пристально посмотрела на него. Это тот самый волк, который напал на них в особняке Ренчей, тот же любитель сказок. Она сосредоточилась на двери у него за спиной. Ах, если бы можно было каким-нибудь образом проскользнуть мимо него…
Волк облизнулся, не спуская с Иви жутких красных глаз.
Иви вертела йо-йо в руках. Если бы она умела пользоваться им как следует!.. Эти два циклона оказались совершенно бесполезными, а надо бы запустить такую волну, от которой гримвольф не сумеет увернуться.
Внезапно до них донесся вопль селки. Иви застонала и зажала руками взрывающиеся от невыносимого звука уши.
Гримвольф взвыл и, прижав уши, спрятал голову в лапах.
Иви моргнула.
Она бросила йо-йо и отдернула назад как можно быстрее и резче. Воздух вокруг задрожал и закружился. Должно быть, опасно создавать такие мощные циклоны в закрытом помещении, но другого выхода нет.
Иви запустила йо-йо в тот самый момент, когда гримвольф прыгнул на нее. Ее отбросило назад двойным вихрем, который становился все шире и крутился все быстрее, устремляясь в сторону противника.
Волосы хлестнули Иви по лицу, что-то ударило ее в грудь и свалило на пол. Она отлетела на кучу мусора, что-то острое впилось в бока, мокрая слизь стала просачиваться сквозь брюки.
Иви огляделась и увидела осколки большой керамической лампы – это она сшибла Иви с ног. Поднимаясь, она ощутила под пальцами приятное тепло. Она огляделась и заметила необычный предмет – кожаный пояс с ржавой пряжкой.
Не задумываясь, – действия опережали мысли – она быстро застегнула пряжку, подняла ремень над головой и взлетела. Над вихрями, над бегущим на месте волком. Миновав опасность, она опустила ремень на уровень талии и приземлилась.
Дверь в задней стене была приоткрыта. Борясь с вихрем, она направилась к ней и потянула на себя. Руку обожгло теплом: дверь была необычная, но Иви это не остановило. Она переступила порог и оказалась в маленькой серебряной комнате, залитой зеленым светом. Прямо напротив она увидела родное лицо.
Существо, похожее на папу, усмехнулось. Прозрачная кожа свисала с шеи как воск с обгоревшей свечи.
– Ну, здравствуй, маленькая дрянь!
Он приставил к голове Иви необычный туалетный ершик.
– Я знаю, ты считаешь себя очень умной. Но попробуй хоть пальцем шевельнуть, – глаза гримпа злобно сверкнули, – и тебе крышка.
Иви стояла, дрожа от страха и негодования, и смотрела в глаза своего отца.
В его глазах никогда не было такой злобы и ненависти. Вэлиан прав, эти твари способны принимать человеческое обличье. Сомнений нет – это гримп.
