Незнакомец в униформе портового грузчика, лучезарно улыбаясь, протянул Сефоре фляжку: "Выпьем за победу, малышка?" — на что она устало отмахнулась, не в силах даже произнести вслух короткое слово "отвали". Слишком многие хотели поделиться с ней своим счастьем, ценой которого стали жизни детей. Сама виновата — не следовало приходить сюда, в кают-компанию. Но пассажиры "Ковчега" избегали одиночества…
Испуг, охвативший людей в самом начале, прошел, его место заняла радость, близкая к истерике; теперь они смотрели только вперед, забыв обо всем, что произошло на Терции — на их родной планете, которую они больше никогда не увидят.
Но Сефора не могла забыть. "Я ненавижу тебя, Моуз. Ненавижу".
— Выпьем?..
"Нас больше тысячи, и мы, испуганные до полусмерти, болтаемся посреди космоса в огромной консервной банке. Банка зовется "Ковчег"… впереди нас ждет новый дом. Мы, отверженные, будем жить на планете под названием Ностальгия".
— Я выпью, если только ты ответишь мне на один вопрос.
— Слушаю, радость моя!
— Скажи мне… — Сефора сглотнула комок в горле. — Как ты считаешь, Моуз поступил… правильно?
— Правильно? — грузчик вытаращил глаза от удивления. — Эй, ребята, тут есть человек, который сомневается в честности Моуза!
Кто-то недоверчиво заулыбался, кто-то нахмурился…
— Да что ты о себе возомнила, девчонка? Тоскуешь по Терции, да? Видать, ни разу не бывала в резервации? А, может, у тебя был дружок из этих, с Секунды?
Сефора закрыла глаза. Сейчас начнется драка, и её убьют.
"И это будет справедливо…" — Я приветствую вас, граждане Ностальгии!
Раздались восторженные крики, аплодисменты. Сефора натянула куртку на голову: нет, только не сейчас. Пусть это всего лишь внутренняя связь, но только не его голос, нет, пусть это будет Эррон, но не Моуз, не этот подонок… пусть она не видела его с начала полета, но отчетливо может представить себе и горделивую осанку, и ухмыляющуюся физиономию, и густые непослушные черные волосы… испытания не изменили его, он остался красавцем, как и был — а это казалось Сефоре несправедливым. Подлость и предательство не могут быть красивыми.
— Я хочу вам сообщить…
"Эррон!" — … что мы приближаемся к Порталу! Примите мои поздравления!!
Собравшиеся в кают-компании грянули "ура"… … ликуя, они не сразу услышали, как речь Эррона прервали.
— Моуз, нас преследуют. Их много.
— Выведи изображение на монитор.
И всё-таки он там.
"Они не выключили связь, — прошептал грузчик, разом выпустив из памяти произошедшее минуту назад. — Забыли…"
— Да. Я знал, что так будет.
— Они выходят на связь. Ответить?
Видимо, он кивнул — потому что сразу вслед за этим раздалось:
— Я приветствую тебя, Моуз! — знакомый голос прогремел на весь зал, и Сефора невольно зажмурилась, как и многие другие люди вокруг неё.
Крейнон. Сам правитель Терции преследует их корабль… — … Моуз-изгнанник, Моуз-предатель. Как тебя теперь называть? Моуз-патриарх? Или, может, основатель?
— Лучше так: просто Моуз. А я тебя буду звать просто Крейнон. Идет?
От такой наглости их должны были испепелить на месте…
Но Крейнон только рассмеялся.
— Вблизи Портала запрещено применять оружие, и мы оба это знаем, Моуз-насмешник. Однако очень скоро мы окажемся на той стороне… что ж, закончим играть словами и перейдем к делу.
— Я весь внимание.
— Предлагаю вам вернуться.
— Очень хорошо. Вернуться — куда? На планету, которая когда-то была нашей и которую вы изгадили, воспользовавшись гостеприимством?
— Ты забываешься. Моему терпению тоже есть предел.
— А-а, я понял. На планету, которую вы считаете своей колонией, потому как мы и в самом деле потомки ваших колонистов… о которых вы забыли на тысячу лет — и, естественно, вы имели полное право заселить Терцию после того, как довели Секунду до экологической катастрофы…
— Как говорит, а?! — восхищенно прошептал грузчик, и люди были с ним согласны.
— … вернуться в муравейник из пластика и стали, под которым похоронены поля и леса… вернуться в резервации — или "зоны поселения аборигенов", да?
Крейнон молчал.
— Нам нечего делать на этой планете. Она давно не наша. И я догадываюсь, зачем мы вам нужны.
— Тебя будут судить за распространение смертельно опасного вируса, Моуз, — голос правителя изменился. — И за убийство детей… ведь ваши дети были вакцинированы, так? И ещё тебя будут судить за диверсию на атомной станции. А, и еще за угон "Ковчега"… мне перечислить все "подвиги" — твои и твоих соратников? Даю последний шанс… да, координаты Ностальгии мы всё равно узнаем. Она и в самом деле так красива?
— Она — Рай. Но он для вас потерян навсегда. Прощай, Крейнон. Прощай, Секунда. Конец связи.
— Проходим через Портал, Моуз.
… Сефора ничего не почувствовала.
"Что теперь будет? — послышался чей-то шепот. — Что помешает им последовать за нами? Мы же не сможем вечно висеть возле Портала…" Но связь всё еще была включена, и они прислушались.
— Развернуть бортовые орудия в сторону Портала.
— Что?!
Это Эррон. Он один находит в себе силы и наглость противоречить Моузу. Сефора всегда завидовала рыжему нахалу…
