- А чего нас сразу под купол не отправили? - все еще недоумевая спросил Герд, убрав руку с "опухоли". Он уже понял, что "купол" и есть то самое место где люди дышат обеднённой кислородом атмосферой, чтобы не отнимать драгоценный окислитель у добросовестных налогоплательщиков.
- Ишь ты, быстрый какой, - усмехнулся усатый седоволосый сосед. - Пока тебе чип слежения не имплантируют вот сюда, - он указал пальцем на небольшую припухлость не правом виске, - тебя из блока "А" никуда не выпустят. Я уже третий месяц здесь, - добавил он, глядя на недоумевающего Герда.
- Завтра мой чип активируют и я под куполом, а тебе еще три месяца здесь париться и свое яйцо беречь, - он легонько ткнул собеседника пальцем, - хотя с лоботомией может быть ты там намного раньше окажешся, тебе тогда чип наверное ни к чему будет...
Герд похолодел, осознав положение в котором оказался. Он, в недавнем прошлом, молодой начинающий, подающий надежды химик, работающий в отделе перспективных разработок, сейчас сидел здесь, в блоке "А" и ждал когда ему сделают лоботомию превратив его мозг серое месиво зомби. Он это хорошо знал, потому, что когда пришёл в отдел там завершали разрботку химических рецепторов автоматического питания для чипов слежения. Соседний отдел настаивал на разработке химических реагентов для безхирургической лоботомии, утверждая, что тогда отпадет необходимость в чипах слежения.
Тогда ему и в голову не могло придти, что речь идет о людях, так не похожих на жестоких убийц или террористов. С преступниками демократии надо обходиться жёстко.... Он сам в тот раз предложил некоторое новшество... Сосед рядом, не мог знать почему ни один заключенный не пытался сбежать из под купола, после внедрения этого чипа в производство. Там ведь и охраны то не было, только на двух пропускных пунктах. Благодаря его Герда улучшению, завтра этому человеку активируют чип и, новоиспеченного зомби отправят под купол. Герд поежился. Государство заботилось о своих гражданах. Смертный приговор не выносился принципиально, дабы не нарушать незыблемых принципов демократии. Заключенному просто вшивали под кожу, поближе к печени, тридцать грамм пластита с температурным детонатором, предоставляя заключенным возможность самому выбирать. Налог на самоубийство заключенного, правительство великодушно перенимало на себя.
Этот налог, да еще налог на адвоката, оба налога были практически единственными, из демократических свобод, что можно было платить, или не платить на собственное усмотрение.
- Эх, если бы у меня страховка была да налог на адвоката уплачен, - вздохнул Герд, - наверняка отделался бы шрафом, года за два-три расплатился бы... - а так...., сэкономить хотел, сэкономил. - За что вас сюда? - Поинтересовался он у седого сокамерника.
- А он радиоприёмник из гнезда выпотрошил и в окно выбросил. - Нервно хохотнул толстяк. - Музыка ему видите ли не понравилась, а сам ведь наверняка от демократических свобод уклониться пытался... - Я ведь тебя насквозь вижу....
- А сам то, - парировал старик. - В магазине со склада курицу синтетическую стащил, налог не заплатил, да подавился, так его на месте преступления с курицой в зубах и взяли. Как только таких в магазин на работу берут, ведь сразу видно, что он жрет больше чем зарабатывает...
- А тебе уже встроили чип? - поинтересовался Герд у толстяка, прерывая наметившуюся было ссору.
- Нет, мне только завтра его вставлять будут. - Оживился толстяк попавшись на удочку. - А ты с завтрашнего дня радио слушать будешь, нравится тебе или не нравится, - повернулся он к старику. Ссора разгорелась с новой силой и уже грозила перерасти в потасовку когда её прервал охранник. Постукивая по высокому шнурованному ботинку электродубинкой, он зашёл в камеру и осмотрев заключенных, резко рявкнул на притихших мужчин.
- Имя? - спросил он с жестким прибалтийским акцентом, ткнув палкой в грудь старика. - Номер?
- Эй, ты же меня уже знаешь, - возмутился старик, но тут же упал, скрученный судорогой от электрического разряда.
- Встать! - Охранник пнул кашляющего старика. - Встать, я сказал, - рявкнул он снова.
Старик молча повиновался. Он пошатывался, но старался держаться на подгибающихся ногах.
- Имя, номер? - снова спросил охранник, поигрывая палкой в опасной близости от вшитой под кожу старика взрывчатки.
- Томас Риттер, - старик не рискнул артачится, - номер тридцать восемь, восемьдесят пять, шестьдесят семь "с" .
- То, то, - охранник повернулся к толстяку. - Имя, номер?
- Жером Адам, номер сорок восемь, девяносто семь, пятьдесят два "к" - запинаясь промямлил тот с опаской поглядывая на электрическую дубинку.
- Имя, номер? - охранник в упор разглядывал Герда.
- Герд Шванхальц, - ответил Герд не опуская взгляда.
- Ну! - ожидающе с угрозой в голосе произнес охранник, - я жду номер.
- Я не знаю номера - дерзко ответил Герд.
Палка опустилась на плечо так резко, что падая Герд не понял, что было больнее, удар палкой или разряд тока.. Разевая рот и хватая воздух как выброшенная на берег рыба, он скрючился на полу от мощного разряда.
