37. Я помню зеркало. И странную игру моего отражения. Дальше - густой туман. Телепортировал я себя или случилось со мной чудесное превращение, и естество мое раздвоилось - мне неведомо. Все: и время, и пространство обрушились в мановение ока. Это была смена декораций. Мгновенная и неожиданная. Я увидел себя в нашем лагере. Я был один. И лишь зонды, передававшие сюда изо всех самых удаленных уголков Харона информацию, жили прежней размеренной жизнью. Все остальное вокруг изменилось. Мне не понять было, что и как, почему... Я чувствовал это... Я стоял посередине платформы, недоуменно созерцая предательскую действительность. Небо над горизонтом стало серым - и в следующий миг погасло. Ночь сковала Харон. Платформа ожила по периметру светом... "Кем я стал? Кем я был?" - спрашивал я себя, заметив много позже, что бессмысленно брожу по кругу. Я заметил это, когда понял, что неотрывно смотрю вдаль, на лучи, скрестившиеся в ночи, точно шпаги. Кто-то шел в мою сторону. Люди. Смена декораций. Мгновенная, неожиданная, решительная. Я очнулся в медицинской капсуле. Надо мною склонился Мигель. "Все повторяется. Бег по кругу", - пронеслось в голове. "Он пришел в себя", - крикнул кому-то Мигель. Потом я увидел Клода. Он встал за Мигелем и сказал мне что-то ободряющее. "Сколько времени я был без сознания? - спросил я. - Что со мной?" "Неделю назад ты пропал бесследно. Мы искали тебя. Безрезультатно. А когда потеряли всякую надежду, ты объявился сам. Мы нашли тебя в лагере, когда вернулись с очередных поисков". Я верил им и не верил. Я вспомнил о Клоде и стал искать на поясе то, что принес с собой из каньона, если, конечно, принес... Но карман был пуст. "Где Фредерик?" - упомянул я имя доктора. И тут же его увидел. "Я здесь, Алэн", - сказал он, глядя на меня, как никто другой, с какой-то тайной подозрительной мыслью... Его глаза!!! Они не должны были восстановиться так быстро... Это было последнее, о чем я успел подумать перед сном, похожим на мучительную и долгую болезнь... Мне снился Харон...
