Проведя утреннее совещание, пришёл в кабинет Олафа, решил ждать его здесь. У него в кабинете стоял мощный приёмник, а мне хотелось послушать новости. Вчера, итало-немецкие войска предприняли наступление на позиции англичан под Эль-Аламейном, из новостей штатовских станций, толком ничего понять не удалось. Вскоре поймал "BBC", из Лондона вещали, как их доблестные войска навешали Бадольо и Роммелью, под Эль-Аламейном, отбив все атаки с большими для противника потерями. — "Подбито более десяти танков, уничтожено два десятка орудий и самолётов, более тысячи солдат противника!". Но, про два корпуса 8А, окружённых в районе Мерса-Матрух, почему-то, не было сказано, ни слова. Что, было очень подозрительно, так как с момента их окружения, 4-го января, англичане уделяли им довольно много времени в новостях. — "Мол, окружить то их, немецко-итальянские войска смогли, да сделать с ними ни чего не могут. Оборонительные рубежи, вокруг Мерса-Матрух, заблаговременно построены, насыщены долговременными оборонительными сооружениями, склады полны, солдаты окруженных дивизий бодры и решительны, по морю доставляются подкрепления. Скорей, это Бадольо с Роммельем, попали между молотом и наковальней. Сейчас только дух переведём, с силами соберёмся, да так врежем, от Мерса-Матрух и Эль-Аламейна, навстречу друг другу, что только брызги от итало-немецкие войск полетят, как от раздавленного ботинком английского солдата перезрелого помидора". Вот, примерно в таком стиле, англичане всю неделю и вещали, а сегодня ни гу-гу.
Вскоре пришёл Саблин, за ним Джона, я припахал его переводить мне с немецкого. Их Берлина, "брызгая от восторга слюной", радостно вещали, что — "Ночная атака и штурм Мерса-Матруха, закончился блестящей победой немецко-итальянских войск. Что, в ночном бою, окруженные английские войска, наголову разбиты, и теперь, доблестные германские войска и их доблестные итальянские союзники, не знают, куда девать десятки тысяч пленных вражеских солдат. Захвачены, туева хуча разных трофеев: — десятки танков, сотни орудий, тысячи грузовиков и автомобилей, а также полные склады припасов. Что, одновременно, отважными итальянскими моряками, была атакована база английского флота в порту Александрия. Сильно повреждены линкоры "Куин Элизабет", "Вэлиант", затонули один крейсер и транспорт. Про отбитое англичанами наступление на Эль-Аламейн, Геббельс, особо не распространялся, типа: — это была разведка боем".
"Это, что же, получается!?" — думал я, слушая новости — "Боргезе, со своими человеко-торпедами, удачную атаку на одиннадцать месяцев раньше провёл? Ведь в известной мне истории, в это же примерно время, они, два раза, корабли в Гибралтаре атаковать пробовали, но ничего существенного утопить не смогли. А тут, сразу такой успех. Удивительно, однако!". — Моя мысль чуть свернула в сторону. — "Акваланг-то, ещё не изобретён! Все, сейчас, пользуются аппаратами с замкнутой схемой дыхания. Не порядок, едрён корень! Надо срочно акваланг "изобретать" и патентовать". Принялся грузить Игоря Дементьевича аквалангом и отрядами боевых пловцов. Нарисовал схему лёгкого акваланга, использующего для дыхания пловца обычный сжатый воздух, с двумя понижающими давление редукторами. Полковник идеей увлёкся, решили изготовить пару десятков аппаратов, для бойцов Саблина, а сам акваланг, срочно запатентовать. Мы уже перешли от преимуществ легко водолазного снаряжения к тактике использования подводного спецназа, и стали прикидывать, где на побережье Мексики можно найти тихую бухту, чтобы обустроить тренировочный лагерь. Как вернулся чем-то озабоченный Олаф.
— Прямо сейчас надо решить, будем брать Камачо за жабры, или пока не готовы и надо отложить, но это, очень не желательно. Вчера вечером, пришло сообщение из столицы, он начал чистить правительство от представителей левых сил, заменяет их ставленниками местных денежных мешков.
— Так поэтому, Карденас, решил в Мехико вернуться? Ведь он планировал ещё неделю у нас пробыть — спросил Джона.
— Да, именно по этому. Полковник, что-то ещё, у вас, из компромата на Камачо есть?
— Всё, что есть, я вчера вам с Карденасом показал. Возможно, за эту неделю, ещё что-то новое мои люди на Камачо соберут. Отчёт от них, жду в пятницу.
— Понятно. Карденас считает, что имеющегося компромата на Камачо, более чем достаточно. Но мне хочется, чтобы с гарантией, чтобы без осечки сработало — ответил Олаф, потом приключившись на финансового директора, спросил — Джона, а что у нас, по французскому НПЗ?
— Предварительно, получено согласие "Compagnie francaise des petroles", продать нам НПЗ в Провансе. Сейчас, торгуемся из-за условий и цены.
— А что по серебру?
— Договорились. Хотя, СССР, не готов его купить, но готов обменять на золото по биржевой стоимости, что нас полностью устраивает — ответил Джона.
