Она сказала это, чтобы сказать что-то. Чтобы не сказать, почему ей так страшно на самом деле.
– Я хочу отдохнуть от вас, пан Данек, – Елена поднялась. – Мне это просто необходимо. Иначе…
– Хорошо, – кивнул Майзель. – Вы позвоните?
– Да. Я позвоню, – и Елена направилась к дверям.
Засчитать тебе это, как первую попытку, подумал Майзель, или все же погодить? Погожу, наверное. Пусть это будет разминкой…
Два дня она не могла заставить себя поехать к нему. Целых два дня. Но потом поехала. Елена не привыкла отступать, это было не в ее правилах. Ты сказал, что это война, зло подумала Елена, а я, если ты помнишь, в том числе и военный корреспондент. И уж кто-кто, а ты меня точно не напугаешь. Потому что…
Она не позвонила. Просто появилась у него на пороге, как ни в чем не бывало, без трех минут шесть. И, встретившись с ним взглядом, прочла в нем такую мальчишескую радость, что сердце у Елены подпрыгнуло и забилось, как будто она сама была девчонкой. Разумеется, она не подала виду. И молила Создателя, чтобы Майзель тоже не заметил. Потому что это было совершенно невозможно. Немыслимо.
И, чтобы не дать ему опомниться, – ему и себе, – спросила:
– Скажите, а кому вы все это собираетесь оставить? Все это… – Елена неопределенно развела в воздухе руками. – Все это невероятное, чудовищно сложное, функционирующее на грани сбоя непонятно как называющееся что-то? Где ваша «Golem Interworld» – всего лишь верхушка айсберга? Королевским наследникам? Но мальчики… При всем моем уважении…
– Да никому я не собираюсь это, как вы выразились, оставлять, – Майзель довольно точно повторил ее жест и усмехнулся. – Я превосходно отдаю себе отчет в том, что тянуть этот сумасшедший дом, кроме меня, никто не в состоянии. А коллективное руководство, обюрокрачивание просто обрушит все практически мгновенно. Мои способности и возможности – всего-навсего странная гримаса судьбы, ошибка природы.
– Что вы хотите этим сказать?
– Ну, понимаете ли… Кибернетика учит, что даже очень хороший руководитель не может эффективно управляться больше, чем с семью непосредственными подчиненными. То есть полностью держать в голове их задачи и контролировать их выполнение. Это в теории. А на практике это число еще меньше. Это такой общеизвестный факт, что его никто вообще в голову не берет при планировании задач госаппарата или структуры управления компанией… Из этого вырастают иногда огромные, а иногда совершенно неразрешимые проблемы. Мы же этот принцип соблюдаем неукоснительно, в чем и заключается один из секретов наших невероятных успехов. С одним маленьким исключением в лице вашего покорного слуги. Я могу эффективно руководить не пятью или семью подчиненными, а несколькими сотнями. Разумеется, это отнимает у меня все время, которое в принципе есть. Для того, чтобы хотя бы пять минут поговорить с каждым из тех, кто находится в моем непосредственном подчинении, мне чисто физически нужна неделя. Разумеется, я ищу и нахожу людей, которые работают и мыслят вполне автономно. Это тоже немного экономит время. Но всей картины все равно нет в голове ни у кого, кроме меня. И это причина, по которой я столько внимания уделяю безопасности…
– А что, стрельба в мусульманском квартале Брюсселя – это мероприятие, связанное с безопасностью?!
– Обязательно. Я что, не могу пройти пешком по центру одного из красивейших городов Европы, чтобы не получить в спину порцию проклятий, – что ты шляешься тут по нашему району, неверный, собака?
– Вы понимаете по-арабски? Или по-турецки?
– Я отлично понимаю взгляд и интонацию, пани Елена. Я, в некотором смысле, существо довольно дикое. У меня рефлексы функционируют не отдельно от сознания, а в тесном взаимодействии с ним.
– Ну, наверное, я круглая идиотка. Поясните вашу мысль.
– Легко, дорогая. Некоторых фигурантов мирового исторического процесса необходимо держать в состоянии перманентного животного ужаса. Чтобы при звуке моего имени у них вместо желания мне помешать начинался кровавый понос от страха. Поскольку, когда человека несет от страха в сортире, у него нет ни сил, ни возможности строить козни. Поверьте, подобные выходки экономят нам массу средств и ресурсов…
– Замечательно. Просто гениально. Что вы там насчет ошибки природы хотели сказать?
– Вы же сами говорите, что я больной.
– Это метафора. Я вовсе не хотела вас оскорбить.
