Он выглядел все тем же милым ребенком — светлые волосы, большие глаза, яркая курточка и значки с героями компьютерных игр.
Мы помолчали, как будто не могли решить, кому говорить теперь, но потом начали разом:
— Как ты?
— Как ты?
— Нормально.
— Не знаю.
— Пойдем-ка выйдем из коровника.
Я тихо провела его в дом, в кухню, надеясь, что баба Феня не станет отвлекаться от телевизора — она смотрела передачи, одну за другой, и кляла на чем свет стоит все физиономии в ящике, гневно звякая спицами.
— Садись, — я поставила чайник. — Ты голодный?
— Нет.
— Как ты добрался один?
— Здесь прямой путь, не заблудишься.
— Папа знает?
— Догадывается, — Деструктор хмуро заглянул в свою чашку. — Жанна уехала.
— Я знаю. Аля мне сказала, — я отметила, что он назвал ее Жанной, а не мамой. Было неловко расспрашивать его о ней, но Деструктор заговорил сам:
— Она оказалась совсем не такой, как я представлял ее. Она думает только о шмотках, и показах, и съемках, и славе. Она не проводила время со мной.
— Иногда люди так увлекаются работой или хобби, что им сложно переключиться…
— Нет, — Деструктор упрямо мотнул головой. — Она просто меня не любит.
— Игорек, — я опустилась на табуретку напротив и сокрушенно посмотрела на него. — Конечно, она любит тебя. Она такая молодая… наверное, ей сложно о ком-то заботиться в таком возрасте, и поэтому могло сложиться ложное убеждение, что…
— Я достаточно взрослый, чтобы принять правду, — прервал мои излияния Деструктор. — Она меня не любит. Никогда не любила. Поэтому она бросила меня. Поэтому папа разлюбил ее и развелся с ней, — он весь съежился, но его голос звучал твердо. — Я больше не должен фантазировать о ней и ждать ее возвращения. Когда я понял это, я начал понимать многое. Что ты заботилась обо мне, что я тебе… нравился…
— Ты и сейчас мне нравишься, — я прижала его к себе.
Хотя мы явно исчерпали лимит объятий, Деструктор не пытался вырваться.
— Этого папа и хотел: чтобы я узнал правду, — прошептал он, уткнувшись в мое плечо. — Только поэтому он пустил ее к нам жить. Он не мог даже смотреть в ее сторону, так она злила его. Ты вернешься к нам?
Я заглянула в свои чувства и ответила как есть:
— Через какое-то время. Не знаю точно.
— Пожалуйста, поскорее.
— Я постараюсь.
Деструктор отстранился, наконец справившись с собой, и даже заулыбался.
— Хочешь печенья?
— Конечно! Я привез тебе значок с Painkiller. Ты любишь эту игру.
— Спасибо, Деструктор.
— Я больше не Деструктор. Хватит этой игры.
— А кто ты теперь?
— Я — это я. Игорь.
— Хорошо, Игорь.
Мы много гуляли. Я показала ему маленькую телочку, и коров, и свиней, и кур, и кроликов (про преступления мамаши-крольчихи я умолчала), и моего вольного грызуна Сократа. Крольчонок заметно подрос и совсем перешел на взрослый корм.
Вечером я посадила Игорька на автобус до города, потребовав, чтобы он созвонился с Эриком и договорился, чтобы тот его встретил. Отпустив ребенка, я вернулась домой, накормила Сократа и заснула, улыбаясь до ушей.
Утром я проснулась взвинченная, дошла до почты и позвонила Диане.
— Диана, я боюсь.
— Чего? — голос у нее был хриплый спросонья.
Она недавно уволилась из «Синерджи» и до сих пор отсыпалась. Половина двенадцатого. У меня день был в самом разгаре, я уже гору дел переделала.
— Возвращения! Я вернусь и превращусь в себя прошлую. Начну глупить. И метаться. И все станет как обычно. Отношения с Игорьком наконец наладились. А вдруг я снова разочарую его? Вдруг сделаю что-то не так?
— Что ж тогда вообще ничего не делать — а вдруг облажаешься? — резонно возразила Диана.
Но я была в расстройстве.
— Ладно, — решила она после долгой паузы. — Я заеду за тобой сегодня.
Она действительно приехала, на машине. За рулем сидела неприветливая девушка с длинным светло-русым хвостом.
— Привет. Залезай, — Диана похлопала по кожаному сиденью. — Заодно и дом мой посмотришь. Мы его наконец-то довели до ума. Это, кстати, Ольга.
— Соня. Очень приятно.
Дом оказался роскошным, просторным. В нем даже были тренажерный зал и маленький бассейн в подвале! Заглядывая в комнаты, я завидовала белой завистью.
— Шикарно!
— А то. Я уже совсем перебралась сюда, перевезла все мои вещи. Квартира в городе, считай, уже продана, осталось только бумажки кое-какие оформить.
— Как же ты будешь до города добираться?
— Уже хожу на курсы вождения. Вот получу права — и красота.
Мы засели в гостиной, заставленной японскими безделушками Дианы, причем устроились на подушках возле низенького столика — тоже очень по-японски. Тихая Ольга то появлялась, то исчезала. Она была такая неприметная, произнесла от силы слова три, я и лица-то ее толком не разглядела. Хотя я привыкла к работе, все же было приятно провести праздный день, пить пиво, есть креветки, трепаться и хихикать. Надеюсь, баба Феня справится там одна, раньше же как-то справлялась. «Кто такая Ольга?» — периодически возникал у меня вопрос, но я отвлекалась на другую тему, не успев задать его.
— Пошли, покурим, — предложила вдруг Диана.
— Ты же вроде сто лет назад бросила.
— Одна мне не повредит.
