Хозяйка вертепа вернулась в четыре, но все уже настолько погрязли в пороке и праздности, что не обратили на нее внимания. Воткнувшись в монитор, Ирина два часа просидела совершенно неподвижно, не двигая даже зрачками. Меня это немного нервировало. Что творится в голове у этой женщины?
Без десяти шесть девчонки зашевелились, сгребая со стола обертки от конфет и подкрашивая губы перед выходом. Моя рука уже потянулась к кнопке выключения компьютера, когда телефон на столе зазвонил.
— София, подойди, пожалуйста, — услышала я голос Ирины, одновременно в трубке и из-за стеклянной перегородки.
— София, у меня маленькая просьба, — начала она, когда я подошла к ней. — Мне срочно нужен обзор заработных плат медицинских представителей. Просмотри предложения, а лучше сделай несколько звонков.
— В какой форме предоставить отчет?
— В свободной. Мне только сориентироваться. Прости, что беспокою тебя в конце рабочего дня, — у Ирины был влажный взгляд олененка Бэмби, стоящего над телом матери.
— Конечно, нет проблем.
В большинстве офисов уже не отвечали, так что пришлось довольствоваться информацией, предоставленной в тексте вакансий. Через пятнадцать минут все было готово, и, прикрепив текстовый файл к письму, я щелкнула по значку «отправить», гордая тем, что начальница обратилась с просьбой именно ко мне. Если я буду аккуратной, исполнительной и дружелюбной, то скоро окажусь в фаворе, а там и повышение не за горами!
И тут снова раздался звонок.
— Соня, подойди ко мне.
Почему она просто не говорит погромче? Это нелепо, общаться по телефону, сидя в двух метрах друг от друга.
— Да?
— Спасибо тебе за отчет, но прежде чем отправлять документ руководству, следует привести его в цивилизованный вид, а ты просто свалила все в кучу.
— Простите, — смутилась я. — Каким вы хотите его видеть?
— Создай колонки — название компании, вакансии, требуемый опыт, оклад.
Хм. Я не знала, что следует указать и требуемый опыт… пришлось снова перерывать страницы с вакансиями. С задачей я управилась только через полчаса.
— Соня, — Ирина всем своим видом выражала сожаление, когда ей пришлось подозвать меня к себе очередным звонком, — здесь у тебя зарплата указана в gross, без вычета подоходного налога, да? — она ткнула в монитор перламутровым ногтем.
— Да.
— А здесь?
— А здесь чистыми, минус тринадцать процентов.
— Все должно быть в едином формате. Исправь.
После того, как я разобралась и с этой погрешностью, выяснилось, что я забыла указать данные о социальном пакете. Потом мне порекомендовали рассортировать таблицу по уровню оклада. Потом оказалось, что в таблице представлено недостаточное количество иностранных компаний. С каждым новым замечанием голос Ирины звучал все тише, а губы ее сжимались все плотнее, что делало ее похожей на старую несчастную черепаху. Я же от надежд на повышение перешла к мечтам, что меня не уволят.
— В чем дело? — с искренним участием осведомилась Ирина. — Это же совсем несложно.
Это действительно не было сложным, и я не понимала, что происходит. Почему я каждый раз упускаю столь очевидные моменты?
В 8.25 Ирина начала покашливать и выразительно поглядывать на часы, тем не менее указав на очередной мой просчет. Мне захотелось запереться в туалетной кабинке и утопиться в унитазе. А что еще, скажите, делать самому бесполезному человеку на свете? Без двадцати девять Ирина получила итоговый вариант, а я бросилась прочь, не уверенная, что завтра мне хватит смелости снова войти в этот офис…
Тридцать минут пробегав от трамвайной остановки к автобусной в надежде, что хоть где-то что-то приедет, в десять я достигла двери моей квартиры и — угадайте, что случилось — встретила соседа. Я так часто сталкивалась с ним, что, если бы он мне нравился, подумала бы, что судьба посылает намек. Но он мне не нравился, и, буркнув формальное «здрасьте», я во избежание визуального контакта притворилась, что занята поиском ключей. Меньше минуты спустя сосед не нравился мне еще больше, потому что, копаясь в сумке, я подслушала крайне подозрительный телефонный разговор.
— Кого ты мне прислал? — возмущался Эрик. — Теперь заставь меня ее развидеть! Да она только в 95 году сошла бы за красотку! Сиськи каждая с ее голову! Ей что, спать на них, как на подушках? А нос? Она явно стремится в санитары леса! Сруби его! Или я сам ей его снесу! Хотя какое мое дело, девочка-то твоя!
Ошеломленная этой тирадой, я застыла как суслик, перебегающий дорогу и вдруг заслышавший шум приближающегося грузовика. Наконец заметив меня, сосед очаровательно улыбнулся:
— Привет!
После чего удалился, продолжая костерить неизвестную на чем свет стоит.
Мне было далеко до настоящей американской феминистки, но даже мне показалось, что отзываться о женщине подобным образом непозволительно. И что значит «прислал»? Мысли в голову приходили самые нехорошие…
