По коридору, цокая каблуками и шурша накрахмаленными халатами, проходят сёстры. Смуглые и чернокожие санитары провозят мимо палаты каретки с бельём и едой. Каретки с лекарствами издают нежный звон. Откуда-то из коридора доносятся звуки телевизора. На сестринском посту время от времени дребезжит телефон. Пищат электронные сигналы. Похоже, что Сьюзан заснула. Он смотрит на часы. Скоро его попросят уйти. Он встаёт с маленького креслица и потягивается. Длительное сидение утомило его. Он кладёт книжку на тумбу, оклеенную плёнкой под дерево, и собирается уходить. — Оливер, — Сьюзан протягивает к нему руку.
Он берёт её руку, точнее то, что осталось от руки, кожу да кости. Она улыбается ему сухими растрескавшимися губами. Голос её слаб.
— Все эти годы я была так глупа, что теперь мне стыдно. Я имела полное право здесь находиться. Как и все остальные. — Больше, чем остальные. — Он наклоняется и целует её в лоб. — Держись. Увидимся завтра.
В кресле Джуита сидит Долан. Джуит видит его с порога и не верит своим глазам. Его широкополая шляпа сдвинута на затылок. Он наклоняет свою плешивую голову и смотрит, что лежит на чайном столике. У его локтя стоит бокал с виски. Изо рта торчит сигарета. Он смотрит на Джуита сквозь дым, откидывается в кресле и улыбается. Как он похож на Билла! Как он похож на Лэрри! Правда, обрюзгших и опустившихся. Пепел с его сигареты падает на его бархатную фиолетовую ковбойскую рубашку.
— Какого чёрта ты здесь делаешь? — Джуит указывает ему на открытую дверь. — Убирайся. Как ты сюда попал?
Долан вытягивает ногу, лезет в карман брюк и достаёт оттуда ключ.
— Ты сделал его для Лэрри. А я одолжил.
Джуит закрывает дверь.
— Я смотрю, ты уже забыл о том, как вляпался прошлый раз, когда одалживал ключ. Я думал, этот урок пойдёт тебе на пользу.
Долан почесал рёбра.
— Тебе лучше не вспоминать об этом сегодня. Тебе не стоило лезть в это дело. Разве я когда-нибудь тебе гадил?
— Долго рассказывать.
Джуит устало заходит в комнату и ступает в круг, очерченный на полу светом лампы. Он мрачно смотрит на то, что лежит на столе.
— Что это ты делаешь с моими банковскими документами?
Здесь лежит его чековая книжка. Его сберкнижка. Здесь абсолютно всё.
— А что мой шестнадцатилетний пацан делает с ключом от твоей квартиры? — злобно ухмыляется мясистое лицо Долана. — Мы ведь оба знаем ответ, не так ли?
Джуит садится в кресло Билла.
— Зачем старому извращенцу заезжать на хорошенькую работку к симпатичному мальчику и три-четыре раза в неделю возить его по мотелям? Это любому дураку ясно. — Лэрри тебе этого не говорил, — отвечает Джуит.
Долан резко качнул головой.
— Мне сказал Ньютон.
Он сделал большой глоток виски.
— С Лэрри у нас мало общего. А с Ньютоном мы, — усмехается он, — как две горошинки из одного стручка. Ему только двенадцать, и ему не разрешается поздно гулять. Шерри Ли всё время задаёт ему трёпку. Она-то знает, он мальчик умный. Она хочет, чтоб он учился. Но он гуляет. Где он только не рассекает на велике, который я ему купил. Он то и видел, как вы с Лэрри приехали в Вэлли Оукс. Вы были в восьмом номере. Он, конечно, ни о чём не догадался. Но он решил, что об этом стоит сказать мне. Потому что в школе Лэрри сказал ему, что собирается куда-то в другое место — играть в баскетбол или что-то такое.
— Значит, Лэрри не знает, — говорит Джуит.
— А зачем ему знать? Это же не его вина. Ты сделал это с Билли и теперь делаешь это с Лэрри. Ты мужчина. А Лэрри ещё мальчик. В этом возрасте они все такие упрямые. Не мне об этом тебе рассказывать.
— Джуиту всё и так ясно без слов. Долан прав. Лэрри не виноват. Джуит впервые переспал с Биллом, когда тому было двадцать два. Ясно без слов, что Билл спал с мужчинами и до Джуита. Ясно без слов, что Лэрри найдёт себе после Джуита другого мужчину. Он идёт в тень, к бару, где наливает себе такой же большой бокал, как и у Долана.
— Чего ты хочешь? — спрашивает он.
— А всё, что тут лежит. Ты ведь у нас богатый мужик. Похоже, они платили тебе по семь тысяч баксов в неделю. Не больно честно, как по-твоему?
— Без признания Лэрри, — возвращаясь к свету, говорит Джуит, — ты не сможешь меня ни в чём обвинить. Заходить вместе в номер мотеля — это не преступление.
— В несколько номеров. А сколько раз он говорил нам, что будет играть в баскетбол с баптистами? — Долан берёт со стола конверт. — Ты, конечно, скажешь, что и это не важно. Важно, что люди делают за закрытой дверью.
Он протягивает Джуиту конверт. Джуит стоит посреди комнаты с бокалом виски в руке.
— Давай, открой его.
Джуит не притрагивается.
— Ладно, я сам открою. Смотри-ка, что у нас тут.
Он выкладывает на стол фотографии. Джуит смотрит на них и сразу же отворачивается. Они чёрно-белые. Освещение достаточное. На снимках Джуит и Лэрри. Голые. В постели. Даже не верится, что со стороны это выглядит так отвратительно. Долан собирает снимки, словно колоду карт, и засовывает обратно в конверт.
— Думаю, этого хватит, чтобы доказать.
Он ухмыляется Джуиту и засовывает конверт себе в карман.
