— Не твое собачье дело! — рявкнул Гарри и поднял руку, отпихивая Малфоя в сторону — тот наклонился слишком близко.
Драко, похоже, увернулся.
— Как бы то ни было, держись от маггловских наркотиков подальше. И кстати, с помощью магии можно достичь лучшего эффекта.
— А что ж тогда ты их пробовал? — насмешливо спросил Гарри.
— Из любопытства. А ты почему?
Гарри не ответил. Снейп только головой покачал, потом произнес: «Nox», и спрятал палочку.
— Давай-ка с очками попробуем, — предложил он, аккуратно водружая их Гарри на нос. — Получше?
Ну да, Снейп же стащил с него очки перед началом пытки. Наверное, с тех пор и хранил их у себя.
— Нет. Хуже того, от них вообще глаза болят.
Гарри снял очки и небрежно пихнул на тумбочку. Хотя все по-прежнему расплывалось, он видел, как Драко проворно подхватывает нечто, свалившееся от его небрежного движения с другой стороны тумбочки.
— Цветы, Поттер? О-о, от Хелси Кирсейдж, и даже зачарованные, чтобы дольше стояли. Как мило.
— Не смей лапать мои вещи!
— Да пожалуйста, — отозвался Драко, роняя вазу на пол.
— Драко! — воскликнул зельевар. — Мы же говорили об этом!
— А что вы ему сказали? Объяснили, что не стоит разбивать подарки, которые я получил от друзей? — съязвил Гарри. — А он не великоват для таких объяснений? Кстати, вы бы прибавили еще, что не стоит добиваться казни чужих питомцев. А заодно — что не стоит красть вещи, валяющиеся в слизеринской гостиной, или...
— Мы говорили об импульсивности и необходимости держать себя в руках, — перебил Снейп, выделив последние три слова, и устремил на Драко пристальный взгляд: — Ну?
— Да пожалуйста, — снова протянул Драко. — Vasula reparo. Floreuesco. Wingardium Leviosa. Ну вот, как новенькие, и даже благоухают опять, как свежие.
Ваза встала на прежнее место.
Самое достойное, решил Гарри, — это делать вид, будто Драко Малфоя тут попросту нет.
— Профессор, а все-таки что у меня с глазами? Почему они от очков болят?
— Полагаю, что эликсир исправляет твое зрение до нормы, — заключил Снейп. — Так что после лечения очки тебе могут и не понадобиться.
— Это-то хорошо, но едва ли стоило того, чтобы мне в глазах дырок понаделали.
— Вне всякого сомнения. Что ж, моего внимания требуют порядочно незаконченных зелий. Гарри, тебе что-нибудь нужно прямо сейчас?
— Да. Я хочу поговорить с вами наедине. Правда наедине, профессор.
— Я вернусь через несколько часов, и мы вместе поужинаем, — пообещал Снейп. — Еще что-нибудь, пока я не ушел?
— Заберите его с собой и попросите Гермиону вернуться. Мне письмо нужно написать. А то пергамент я, может, сейчас и разгляжу, но черта с два хоть слово напишу.
— Драко с радостью тебе поможет, — тут же заявил Снейп. — Не правда ли?
— Разумеется, профессор, — отозвался Драко, точно уже тысячу раз помогал Гарри разбираться с корреспонденцией.
— Гарри, а ты что скажешь? — теперь голос Снейпа звучал уже не столь ровно. — Тебя это устроит?
Ну вот чего спрашивать, а? Можно подумать, это не Снейп давит, практически навязывая ему общество Драко. Хотя, если хорошенько подумать... пожалуй, что и устроит. Вот только не совсем по той причине, которую предполагает зельевар.
В конце концов, с Драко Малфоем можно и получше расквитаться, чем просто его не замечать.
— Ну хорошо, — нарочито раздраженным голосом проворчал Гарри. Снейп, в конце концов, достаточно проницателен, и потому не стоит будить его подозрения. — Только пусть пообещает, что уйдет сразу, как я ему велю. Это обязательное условие. А вы пообещайте, что снимете со Слизерина баллы, если он после моей просьбы начнет тянуть время. Скажем, сотню баллов.
— Мистер Поттер ставит достаточно жесткие условия, — заметил Снейп весьма... удовлетворенно, пожалуй. Гарри чуть не фыркнул. Он точно знал, что думает учитель: Гарри торговался как слизеринец. — Согласны ли вы на них, мистер Малфой?
— О, разумеется, — отозвался Драко. Невинные интонации идеально подходили к ангельской внешности слизеринца. Если забыть, что за дьявол за ней скрывался. — Однако в интересах Слизерина должен заметить, что нам придется верить Поттеру на слово — ушел ли я по первому его требованию. Может, стоит попросить мадам Помфри выступить в роли третейского судьи?
— Полагаю, мы можем поверить гриффиндорцу на слово, — протянул Снейп. — Даже если это сомнительный гриффиндорец.
— Сомнительный?! — Драко услышал лишь слово, не уловив подтекст. — Да его смело в Годрика переименовывать можно! Что вы имеете в виду?
— Гарри знает. Ну что, договорились?
— Договорились, — хором ответили оба.
Гарри дождался, пока стихнут шаги Снейпа, и злорадно прорычал:
— Да, договорились. У тебя перо и пергамент готовы? Давай начинать.
Разумеется, он не собирался отправлять это письмо. Кому бы то ни было. Гарри просто хотел написать его — точнее, чтобы Драко его написал. Дадли никогда не прочтет ни слова из написанного, но слизеринцу об этом знать необязательно.
А с настоящими письмами поможет Гермиона. Нужно и вправду написать Дадли, да и Ремусу тоже. Но Драко это не касается.
Но вот это письмо...
Лицо Гарри медленно расплылось в широкой улыбке.
* * *
