Так что я стоял в ожидании происшествия. Вдруг их выведут полицейские, заломив руки, потому что у кого-то из них окажется стафф в чемодане? Или кто-то посеял паспорт и не успел сесть на самолет? Они же с Зауралья, тысяча процентов, что полезут в драку с кем-нибудь, и все – мне расхлебывай. Открылись двери прилета, и постепенно стали выходить люди налегке, затем с чемоданами. И вот появилось три фигуры, что так разительно выделялись из толпы. Один высокий, примерно метра два, гигант с бритой головой. Второй, сбоку от него, маленький, неказистый, с блестящими скулами, а позади них Алеев, отрастивший бороду и еще более роскошную шевелюру. Я достал табличку, чтобы привлечь внимание группы, и они неохотно подошли ко мне.
– Всем привет! – улыбнулся я.
– Здарова, – ответил гигант. – Костер.
– Костер? – не расслышал я.
– Да, а так Леня.
– Эдик, – протянул руку неказистый.
– Привет, Федя, – заговорил Алеев.
– Как долетели?
– Нормально, – ответил за всех Федя. – Спать охота, поехали в отель?
– Да, конечно. Нас уже минивэн ждет, пойдемте.
– А что, покурить успеем? – спросил Эдик.
– Можно.
Сказать по правде, я ждал разговор посерьезнее. Женя молчал, пока Костер и Эдик обсуждали в самых красочных подробностях, кто летел вместе с ними в самолете. Морщины на лицах, сопли на усах, складки, ароматы, волосы, уши… Громко смеялись. Женя лежал на камчатке и спал, шмыгая иногда носом.
– Бабка одна ездила в командировки, – рассказывал Костер. – Весь Союз видела: полярные ночи, белых медведей, пустыни Казахстана, Уральские горы. И на старости лет говорит: «Что за жизнь, я никогда в Крыму не была!»
– Бля, серьезно? – удивился Эдик. – Но она только где и не была…
– И в Грузии никогда не была! – заржал Костер.
Остаток пути мы молчали. Костер пытался развеселить Эдика историями из жизни, но тот надел наушники и уснул. Затем потух и Костер. В Москву сквозь пробки мы прорывались долго, и слышалось с заднего сиденья ворчание. На общение никого не тянуло, каждый был себе на уме. Я смотрел в окно, как мы пролетали мимо других машин, как полоса деревьев сменилась многоэтажками и яркими вывесками. Скоро зашумел центр. По приезду мы быстро разгрузились, зачекинились. Мне никогда не приходилось останавливаться в «Мариотте», потому я предложил помочь группе с чемоданами и проводить их до номеров. Ближайшие три дня жизнь у ребят будет, конечно, шикарная. С собственной прихожей, гостиной, бесплатным холодильником, забитым напитками, и огромной кроватью для оргий.
– А где остальные койки? – спросил Эдик. – Нам на одну ложиться?
– Хм, нет, – улыбнулся я. – Это номер на одного человека.
– То есть у нас еще два таких?
– Да.
– Охуеть.
– Федь, а что ты нас в один не поселил? – спросил Женя.
– Бюджет позволяет, – ответил я.
– Хуево. Ладно, спасибо тебе. План какой?
– Смотрите, завтра чек в одиннадцать утра. Я вас могу в девять разбудить, завтрак оплачен. Потом в десять приеду, сядем в машину, поедем на саундчек. С одиннадцати до двенадцати. После – можем погулять по городу, пообедать, еще куда-нибудь сходить.
– Не надо, – сказал Женя. – Мне Эдик сказал, что можно себе через какое-то приложение еды заказать.
– Да, можно, конечно. Прямо в номер.
– Ну и отлично. Здесь же поедим. Отдыхать будем.
– Хм, хорошо. Выступление в десять вечера. В восемь вас заберу, отведу в гримерку. Личная, так что можно будет там находиться. Или может вы хотите пораньше приехать, других артистов послушать?
– Артистов, блять, – засмеялся Костер. – Эдик, пойдем слушать Касту?
– Ага, бля. Как те чмыри в 2003-м…
– Не, Федь, слушай, – обратился ко мне Женя. – Просто за час до выступления привези нас, хорошо?
– Да, без проблем. Тогда спокойной ночи?
– Ага, давай, – ответили ребята хором.
Поверить себе не мог, что все прошло без происшествий. Целый день не выдыхал, ждал подлянки, а тут такое. Хм, может друг Сергея, Витя этот, просто пугал? Или в красках описывал время, когда трава была дешевле и зеленее? Обыкновенные ребята, простоватые, без причуд. Одно удовольствие с таким работать.
Настал день фестиваля. Я оделся поудобнее, готовясь к постоянной беготне. В рюкзак сложил ноутбук, зарядку, павербанк, энергетик, таблетки от головы и бутылку воды. Предстояла длинная смена, в ходе которой придется держать вечно бодрое лицо. Я всегда рассчитываю на худшее, чтобы иной раз удивляться. В десять утра группа уже стояла на улице и курила. Они прятались под крышей от снега. Костер кидал в Эдика снежки, пока тот пытался зажечь сигарету:
– Да ты заебал! – кричал Эдик. Швейцар на входе смутился.
– Как вам завтрак? – спросил я.
– Нормально, – ответил Женя. – Обожрались.
