Милея и вправду оказалась немаленькой. Поля, леса, озёра, реки и разбросанные тут и там маленькие домики: лесника, натуралиста, художника, рыбака, археолога… Всё было мне интересно, со всеми, кого видели, мы общались. Когда остановились поболтать с археологом, выяснилось, что давным-давно здесь было какое-то государство с огромными дворцами. Как только он найдёт какие-нибудь источники письменности, их можно будет расшифровать и написать учебники по истории…
Устав, лошади расположились на лесной поляне перекусить травой.
― Прогуляемся?
В лесу заблудиться было трудно. Указатели, надписи прямо на мощёных дорожках, стенды с картой близлежащей местности.
― «Озеро бессмертия». Что это? ― спросила Кира. ― Я его не придумывала.
― Пойдём посмотрим.
«Озеро бессмертия» оказалось небольшим прудом. Обойдя его, мы нашли каменную плиту с надписью: «Здесь похоронен единственный умерший, Захар Кластер. Погиб, утонув в этом озере. Отныне жители страны не будут умирать. Испив водицы заколдованного водоёма, бессмертным станешь навсегда».
Кира уже спустилась к воде и набрала полную пригоршню.
― Ты уверена? Хочешь остаться на Лилее навсегда? Или пережить всех близких на Земле, смотреть, как они все умирают?
― Ты ведь знаешь канал Милеи?
― Насмешник может сменить его.
― Не беда. Я пожелаю и попаду, теперь-то я знаю, что это возможно.
― Хорошо.
Я подошёл к берегу и, наклонившись, зачерпнул:
― На счёт «три»?
― Раз.
― Два.
― Три!
«Дорогой Глеб.
Правду говорят, что путешествия лечат. Здесь мне наконец-то стало хорошо. Всё просто. Понятно. Идеально. Не то чтобы я желала остаться здесь навсегда, нет, вовсе нет, но Милея показала мне, что иметь постоянное место жительства не так уж и плохо. Даже больше ― здесь я дома.
Дед выбрал Лилею, не пожелав вернуться. Но у меня теперь есть и третий путь. Ведь хотела же я в детстве сюда? Бабушку и сестру тоже можно взять, если захотят, места много. А больше мне никого и не надо, здесь много людей интересных. Бабушка бы жила вечно… А может, и ты остался бы, кто знает… Я была бы рада.
Но сначала надо разобраться со Зверем. Полагаю, Милея, как и остальные миры на его экранах, существует благодаря ему. Да и сама Лилея гибели не заслуживает.
Ещё несколько дней отдыха и в бой. А пока… Пойду приму ванну перед балом. Тут такая огромная ванна! И столько разных пузырьков с пенами, гелями, маслами, кремами… Чего только нет! И пахнет это всё великолепно и нежно, как в детстве…
Увидимся.
Кира».
― Бал-маскарад в замке! Бал-маскарад в замке! Приходите-приходите, на королеву посмотрите! Костюмы в лавке Добряка! Бал-маскарад в замке!
Вначале я думал просто надеть маску, в которой был на концерте, но потом остановился на костюме Зорро. Выбрать между кнутом и рапирой было сложно, но рапиру носить оказалось приятнее.
Когда я спустился в зал, он уже был полон танцующих. Изысканные танцы здесь не любили, зато отменно танцевали народные деревенские. Там же, в кругу танцующих, прыгала и веселилась, осваивая движения на ходу, королева Кира. Пробившись к ней, я спросил:
― Потанцуете со мной, Ваше величество?
― Высочество!
― Как скажете, госпожа.
― Оркестр! Вальс!
В отличие от бала школ, никто не решил образовать круг и смотреть, как мы танцуем, все перестроились в пары.
― Ты счастлива?
― Да, я счастлива! ― рассмеялась она, кружась под звуки фортепиано всё быстрее и быстрее. ― Я счастлива!
― И чем ты будешь здесь заниматься, если решишь остаться?
― Здесь есть шар распределений, в горах, таких высоких, что только пешком дойти можно. Если совершить туда паломничество, поймёшь, кто ты и чему можешь посвятить жизнь.
― Да, в паломничествах у тебя опыт есть.
― Ты видел книгу Древних?
― Даже читал. Мом отдал её мне. Там действительно нет ничего о Звере, только упоминание об Оборотнях. Зато очень интересны миниатюры на полях, их можно изучать бесконечно.
― Я с удовольствием прочла бы её целиком!
― Обращайся в любое время.
После вальса я остался ждать, пока она пообщается с милейцами, сидя в нише на диванчике, листая альбом с фотографиями.
― Ого, когда ты успел сделать столько снимков?
― У меня был год на это.
― Следил за мной?
― Иногда.
― Иногда?
― Всего лишь раз или два в день.
Я ждал, что Кира даст мне пощечину, убежит снова, бросит всё, перестанет разговаривать… Всё, что угодно, но не то, что она сядет рядом.
― Могу я посмотреть?
― Конечно, альбом твой.
― Красивый!
― Семейная реликвия, как и те украшения, которые ты наконец надела.
― Они идут к этому бархатному платью. Поделишься историей этих вещей?
О предложении руки и сердца я умолчал, но рассказ и без того впечатлил девушку. Вернувшись к фотографиям, она задумчиво пролистала их.
― Забавно, я рада увидеть себя со стороны… На Земле не любила фотографироваться, но по этому альбому вспоминается каждый день и все, кто окружал меня… Не так уж и плохо было…
― Давай сбежим?
― Куда?
― С бала сейчас.
― Ты предлагаешь мне сбежать с единственного в моей жизни королевского приёма?
― Именно.
Темнеет здесь внезапно, как в приморских городах. Жаль, что я не могу полететь, за годы привык обращаться при любой удобной возможности.
