В "Облачном крае" больных пока не было; пища и вода хранились в глубоком холодном подвале, наверное это и спасало первое время. По улицам Зельги шатались призраки: те, кого поразил мор, и кому стало все равно. Дважды таверну поджигали, но совместными усилиями огонь удавалось погасить.
Клим перестал выходить из комнаты, чтобы не видеть ненавидящих взглядов. Райана рассказала ему поподробнее о Камне Велеса - что находится тот в трех днях пути от Зельги, что богам можно задать только один вопрос или высказать одну просьбу; какова плата за это - никто не знал. Клим отмахнулся - какие боги? Люди умирают, а тут боги...
В таверне первой заболела Райана - ночью у нее начался жар, а наутро она не смогла встать с постели.
И тогда Клим влез в дорожную куртку, валяющуюся в углу восьмую неделю, прикрепил к поясу меч, взял в подвале несколько полос вяленого мяса, и направился к выходу под молчаливыми взглядами обитателей "Облачного края". Дверь со скрипом отворилась и Зельга погрузилась в тревожное ожидание.
Клим знал, что у него есть четыре дня.
3
Лишь далеко в лесу Клим заметил, что наступило лето.
"Просидели весь май и пол-июня взаперти, словно крысы", - с неожиданной злостью подумал он.
Камень Велеса, как сказал Максарь вчера, искать следовало на южном берегу Скуомиша. Единственным человеком, которого Клим встретил в городе, был шурин. Скривив губы, не то презрительно, не то от боли, он подробно описал дорогу и ушел, не оборачиваясь. Клим буркнул ему в спину: "Спасибо" и вышел за ворота.
Наверное, Максарь тоже болен, раз осмелился выйти на улицу. А может, и нет. Пойми его...
Здесь, в лесу мор казался чем-то нереальным. Лес о море ничего не знал - и это казалось неправильным. Клим то шел, то трусил, пока хватало дыхания, сцепив зубы и вспоминая беспомощные глаза Райаны, зеленые, как листва.
Обретенный дом обманул его. Если он не сумеет помочь, в Зельге не останется никого. Кто знает, сможет ли он тогда жить? И зарастет ли когда-нибудь эта рана?
Клим шел даже ночью, памятуя о странном походе в Эксмут, и надеялся, что старик-Дервиш сказал тогда правду: он способен заплатить богам, и надеялся, что боги его услышат.
Камень Велеса, темную бесформенную глыбу, Клим увидел наутро третьего дня. По Скуомишу гуляли волны; стлался зыбкий туман, скрывая от взгляда острова.
Ноги ныли и гудели, но Клим упрямо шел к камню, хрустя валежником. Вскоре стало видно, что у самого камня курится дымком небольшой костер; согбенная фигура в длинном плаще с капюшоном подкармливала его хворостом.
Клим даже не очень удивился, когда увидел торчащую из-под капюшона седую бороду, разделенную на два пучка.
Подойдя вплотную, Терех вдруг задумался: а как, собственно, общаться с этими богами? Орать на весь лес, что ли?
Когда Клим подошел к самому костру, Дервиш медленно стянул с головы капюшон.
- Я знал, что ты придешь...
Не зная что ответить, Клим опустился у костра. Прямо на землю, влажную и холодную.
- Что я должен делать? - спросил он чуть погодя. Вдруг навалилась безмерная усталость; Терех с трудом ворочал языком.
Дервиш ломая очередную валежину, ответил:
- Обратиться к богам. Я научу тебя, как учил всех, кто приходил ранее.
Он отправил валежину в костер и встал.
- Помни: ты можешь отказаться. Но тогда она умрет.
- Кто? Райана?
Дервиш не ответил.
В нетронутой плоти Камня на уровне груди было выдолблено небольшое углубление; там стояла деревянная чаша. Дервиш взял ее обеими руками.
- Напои ее кровью, - сказал он. - Своей кровью.
Клим, совершенно ничего не испытывая, вытащил из-за голенища кинжал и полоснул по руке. Парящая струйка ударила в деревянный сосуд.
- Опусти в чашу свой медальон.
Серебристая пластинка погрузилась в вязкую алую кровь.
Сейчас Клим вдруг заметил, что у Дервиша на шее нет пластинки! Но почему-то это его не очень удивило.
- А теперь произнеси свое имя, и обратись к небу, возможно, тебя услышат сразу же.
Со стороны, наверное, это выглядело странно: измученный путник с чашей в руке, с шеи свисает серебристая цепочка и тянется к чаше.
- Я Клим Терех, гражданин Шандалара, во имя Велеса и именем его, взываю к тебе, небо: услышь и помоги!
"Может, я просто болен и мне это просто чудится?" - подумал Клим совершенно отстраненно. Чувство реальности покинуло его напрочь.
Он повторял призыв еще дважды, постепенно теряя надежду и жалея, что купился на эту дешевую выдумку. И лишился возможности быть с рядом с Райаной в страшный час - может, это облегчило бы ее страдания.
Откуда появился фигура в белом, Клим не заметил.
- Я слышу тебя, смертный, и знаю, чего ты хочешь. Но и ты знаешь: за все в мире нужно платить. Готов ли ты заплатить богам?
Клим сосредоточился, собирая воедино разбегающиеся мысли.
- Я не знаю, что нужно богам. Да и есть ли у меня что-нибудь ценное для вас?
Голос срывался, Клим то и дело судорожно сглатывал.
- Я могу служить вам, сколько скажете...
- О, нет, это нам ни к чему, - ответил Белый, величественно поведя рукой.
"А что у меня есть кроме жизни?" - зло подумал Терех.
