Каков он – первый римлянин своей эпохи ? Невзрачный человек с неярким характером… Однако Цезарь усыновил его, назначил главным наследником и девятнадцатилетний юнец из провинции явился в Рим, спокойно предъявил всевластному Антонию свои права на великое наследство. Не обладая политическим опытом, Октавиан сумел, однако, сперва заключить союз с Цицероном и сенатом против Антония – а затем, укрепившись, породнился с Антонием и предал вчерашних союзников, легко согласился на убийство Цицерона. Не отличаясь ни полководческим даром, ни особой храбростью, Октавиан одолел в гражданской войне талантливого и популярного полководца Антония. Будучи слабого здоровья, он дожил до 76 лет и полвека простоял на вершине власти, работая обычно по 14 часов в день.
Какие особые таланты нужны для такой карьеры ? Огромное честолюбие, железная воля, великий дар администратора… и еще – чрезвычайно развитое чувство долга, ответственности за исполняемую должность. Похоже, что Октавиан смолоду привык глядеть на весь мир как на театр, где главное для актера – безупречно сыграть роль длиною во всю жизнь, ни разу не сбившись и сделав все, чего потребует Судьба. Такая работа требует постоянного насилия над своей личностью. Видимо, Октавиан созательно превращался с годами в идеального политического робота, играющего роли Императора, Консула, Трибуна, Цезаря, Августа, Верховного Жреца, Отца Отечества, Наилучшего Правителя - все эти титулы были ему даны послушным сенатом.
В начале новой эры Августу исполнилось 63 года. Правит он уже 30 лет, и главное дело жизни сделано: Римская держава обрела внутренний мир и порядок. Согласно переписи, в государстве насчитывается более 4 миллионов полноправных граждан. Прочих подданных Рима не перечесть но их, по крайней мере, вдесятеро больше. Август продолжает распространять гражданство в осторожном темпе – но реальное содержание привилегий римского гражданина неуклонно падает. Два века спустя император Каракалла “дарует” римское гражданство всем своим подданным; этот эдикт не будет иметь большого значения.
Фактически Римская держава превратилась в монархию. Но на официальном жаргоне ее еще долго будут именовать республикой, ибо сенат действует (под руководством Августа). Сенаторы управляют провинциями – но лишь теми, где нет легионов; губернаторов пограничных провинций назначает император. Он – верховный главнокомандующий 30 легионов; он назначает префекта, управляющего Городом в отсутствие Августа. Прошли времена, когда городские и государственные дела решались на Форуме - голосованием, или схваткой между гражданами. Теперь все текущие вопросы решаются в канцелярии Августа: там вершат дела вольноотпущенники императора из числа ученых рабов – греки или сирийцы, не имеющие даже гражданских прав.
Важнейшие проблемы державы обсуждает Государственный Совет, составленный из сенаторов – но сенату не подвластный. Наоборот – сенат подвластен императору, который решает вопросы о пополнении сената новыми членами или об исключении провинившихся сенаторов. Август контролирует и состав “второго сословия” – всадников, поставляющих кадры для офицерского состава армии и администраторов в римские провинции. Для вступления в привилегированные сословия требуется довольно высокий имущественный ценз; однако при наличии достаточных средств, или знатного происхождения и деловой хватки римлянину имперской эпохи нетрудно сделать карьеру в рамках государственной машины.
Но только в этих рамках! Политической самодеятельности в Риме больше нет: такова цена, уплаченная за прекращение гражданских усобиц. Подавляющее большинство современников Августа не считает эту цену чрезмерной: ведь римляне перестали убивать друг друга, экономика процветает, а внешняя политика успешна. Город Рим регулярно снабжается хлебом из Египта, подвластного лично императору. Парфянский царь под угрозой римского вторжения освободил всех пленных римлян и вернул Августу знамена легионов Марка Красса, разгромленных полвека назад в битве при Каррах. Римская цивилизация укоренилась в Галлии; довольно успешно идет завоевание Германии. Римские легионы прошли всю Испанию и Северную Африку, укрепились на Рейне и на Балканах, побывали в Британии и на Евфрате – и почти всюду были непобедимы.
Все это – бесспорные успехи; но успехи государственной машины, а не общества в целом. Римский социум вступил в эпоху кризиса, и отчуждение имперской власти от управляемых масс – не причина, а следствие глубоких экономических процессов. Произошел переход от фермерского сельского хозяйства к латифундиям; народное ополчение превратилось в профессиональную армию, пожирающую чужие народы и истощающую свой этнос… Это явный шаг назад – от производящей экономики к присваивающей!
