— Це що такэ вы робите, товарищ…
— Ветров, — подсказал фамилию бойца подошедший Еж. Он потрогал бойца за погоны и сказал: — Пекла, кажись, пирожки, а вышли крышки на горшки.
Во взводе Куралесина был организован целый парикмахерский комбинат. Пять парикмахеров без устали работали по десять-пятнадцать часов подряд, но все же не успевали обслуживать желающих «омолодиться». Двое были настоящими мастерами парикмахерского дела: Бухбиндер и Аветисян. Они пользовались особым спросом. Оба до войны работали в первоклассных парикмахерских. Один — в Одессе, другой — в Ереване.
Старший лейтенант Еж подбадривал мастеров-самоучек:
— Не боги горшки обжигают. Учись у них, ребята, красоту делать!
— Больно коряво, товарищ старший лейтенант, у них получается, — жаловался один боец. — Постригли меня, глядите, голова будто в лестницах, ухо чуть не отстригли. — Он дергал рукой прилепленную бумажку.
Еж подморгнул, лукаво улыбаясь начинающему парикмахеру.
— Каков мастер, такова и работа! Кто как умеет, тот так и бреет.
Бухбиндер тоже заступился за коллегу:
— Вы что хотели, бесплатно да еще с массажем, одеколончиком и укладкой а ля Курьер? — Он весело подмигнул. — Приезжайте к нам в Одессу. О, вы не представляете, что в день победы будет твориться в Одессе!
— Давай кончай про Одессу! Гляди, какой у тебя хвост!
К расчувствовавшемуся в воспоминаниях одесситу стояла очередь человек пятьдесят или шестьдесят.
Две недели, отпущенные командованием на приведение в порядок дивизии, пролетели быстро. И вот выстроились войска Бурунова на парад. Наступили волнующие, торжественные минуты 23 февраля 1943 года. Стройные шеренги бойцов движутся к ровной площадке плаца. Впереди в новой форме офицеры. На плечах еще совсем для всех чужие, непривычные знаки различия — погоны. Оркестр гремит, полощутся по ветру знамена полков и дивизий. Небольшая, сбитая из досок трибуна. На ней командир дивизии Бурунов, комиссар дивизии Ларионов вместо отозванного в армию Саранцева, командиры полков: подполковник Коломыченко, подполковник Цветков и новый командир полка майор Маринин. А в строю, присмотрись только, стоят многие ветераны дивизии. Их не перечесть. В батальоне Ежа две роты — Куралесина и Горицвета — стояли рядом. Утро было солнечным, морозным. На душе у всех тепло и радостно. Вот он и наступил наконец, тот долгожданный, выстраданный, омытый кровью своей и павших в бою товарищей праздник. Вперед на трибуну вышел Бурунов. Он, улыбаясь, поприветствовал всех поднятой рукой.
— Дорогие товарищи бойцы, сержанты и офицеры! Поздравляю вас всех с праздником — годовщиной Красной Армии! — Его слова прерывали раскаты дружного «ура!».
— Может, некоторые сейчас, наверно, думают: а зачем нам этот парад? Мы отвыкли от торжества, наше дело солдатское — воевать, а не красоваться тут на парадах. Какое имеет отношение парад сегодня к тому, что мы завершили сражение на Волге?
Бурунов пристально оглядел шеренги бойцов.
— Самое прямое. Наша гвардейская дивизия, оборонявшая город в суровой, а нередко неравной борьбе с сильным, коварным врагом — отборными полчищами немецко-фашистских войск, сохранила свою боевую мощь, воинскую дисциплину, и этот парад является ее итоговым смотром после упорных сталинградских боев, смотром готовности для последующих сражений с фашистами, до полного изгнания их с родной Советской земли. Нашей дивизией командовал в прошлом полковник, ныне генерал-майор Канашов, которому в последних боях присвоено звание Героя Советского Союза. Десятки тысяч наших бойцов и командиров отмечены высокими наградами Родины, а четырем из них присвоено звание Героя Советского Союза. Так будем достойными той великой чести, какой удостоены мы, гвардейцы! Не посрамим перед народом и партией своего священного знамени!
Бурунов тронул за руку Ларионова. Тот подошел к перилам, широко улыбаясь, взялся руками, наклоняясь вперед.
— Дорогие товарищи гвардейцы! Дни самых тяжелых боев и испытаний остались позади. — Он махнул рукой на запад, в сторону города. — Во веки веков слава героям Сталинграда, чьей кровью завоевана победа! Слава нашим бойцам и командирам! Слава нашей большевистской партии! Разрешите, дорогие товарищи, прочесть стихи бывшего нашего однополчанина майора Миронова. Сейчас он в госпитале и прислал свои стихи в нашу дивизионную газету. Он посвящает их воинам-сталинградцам.
