По мнению К. В. Мочульского, "в трагическую ночь на 12 февраля в душе Гоголя свершилась последняя борьба с дьяволом. Дьявол "раздул до чудовищной преувеличенности", до "страшных призраков" его сомнения в пользе своего литературного наследия. Он подсунул ему тетрадки, перевязанные тесемкой, он заставил его бросить их в огонь". По его мнению, "автор "Мертвых душ" шел к Богу не путем любви, а путем страха. Он видел в Нем грозного карателя и боялся вечного наказания. Но после религиозного кризиса, на конце жизненного пути он пришел ко Христу - Искупителю".
По свидетельству А. О. Смирновой, "Гоголь смотрел на "Мертвые души", как на что-то, что лежало вне его, где должен был раскрыть тайны, ему заповеданные. - "Когда я пишу, очи мои раскрываются неестественною ясностью. А если я прочитаю написанное еще не оконченным, кому бы то ни было, ясность уходит с глаз моих. Я это испытывал много раз. Я уверен, когда сослужу свою службу и окончу, на что я призван, то умру. А если выпущу на свет несозревшее или поделюсь малым, мною совершаемым, то умру раньше, нежели выполню, на что я призван в свет". В этом, вероятно, лежит разгадка смерти Гоголя. "Поделившись малым из несозревшего", прочтя главы второго тома М. д. М. А. Константиновскому и получив от него резко критический отзыв, писатель уверился, что нарушил данный свыше завет и теперь должен умереть.
