О трагической развязке П. сообщила 21 февраля 1852 г. его теща Е. Ф. Вагнер: "Сего утра в восемь часов наш добрый Николай Васильевич скончался, был все без памяти, немного бредил, по-видимому, он не страдал, ночь всю был тих, только дышал тяжело; к утру дыхание сделалось реже и реже, и он как будто уснул, болезнь его обратилась в тифус; я у него провела две ночи, и при мне он скончался. Накануне смерти у Гоголя был консилиум; его сажали в ванну, на голову лили холодную воду, облепили горчичниками, к носу ставили пиявки, на спину мушку, и все было без пользы".
ПОЛЕВОЙ Николай Алексеевич (1796-1846), писатель, историк, журналист и критик. В 1825-1834 гг. издавал журнал "Московский телеграф", который был закрыт за публикацию отрицательной рецензии на драму Н. В. Кукольника "Рука всевышнего отечество спасла", одобренную императором Николаем I. П. резко отрицательно отозвался о "Мертвых душах", издевательски порекомендовав Гоголю: "Оставьте в покое вашу "вьюгу вдохновения", поучитесь русскому языку, да рассказывайте нам прежние ваши сказочки об Иване Ивановиче, коляске и носе и не пишите такой чепухи, как "Мертвые души".
Гоголь невысоко ценил труды П. Так, в письме М. П. Балабиной 7 ноября н. ст. 1838 г. из Рима, сравнивая "Историю русского народа" П. с "Историей Франции" Ж. Мишле, он писал: "Вы читаете теперь историю Мишле. Это страшный вздор; это совершенно русский Полевой. Но, к счастию, вы не читали Полевого".
"ПОРТРЕТ", повесть, впервые напечатанная в 1835 г. во второй части сборника "Арабески". Она получила отрицательный отзыв В. Г. Белинского, утверждавшего: "Портрет" есть неудачная попытка г. Гоголя в фантастическом роде". Гоголь значительно переработал П. и опубликовал новую редакцию в 1842 г. в третьей книге журнала "Современник".
В письме П. А. Плетневу от 17 марта 1842 г. писатель отмечал, что в новом тексте осталась лишь "канва прежней повести", по которой "все вышито... вновь". Друзья Гоголя высоко оценили новую редакцию П. 26 марта 1843 г. С. П. Шевырев писал Гоголю: "Во время болезни я прочел и "Портрет", тобою переделанный. Ты в нем так раскрыл связь искусства с религией, как еще нигде она не была раскрыта. Ты вносишь много света в нашу науку и доказываешь собою назло немцам, что творчество может быть соединено с полным сознанием своего дела".
Прототипом ростовщика в П. послужил известный в Петербурге ростовщик-индиец, запечатленный в "Записках" актера П. А. Каратыгина: "Бронзовое лицо его было татуировано разноцветными красками, черные зрачки его, как угли, блистали на желтоватых белках с кровяными прожилками..." В образе художника Чарткова отразились размышления самого Гоголя о необходимости добывать средства на жизнь ремеслом искусства и о губительном влиянии на талант работы для заработка.
30 апреля 1829 г. он писал матери: "Вы не ошиблись, почтеннейшая маминька, я точно сильно нуждался в это время, но впрочем всё это пустое; что за беда просидеть какую-нибудь неделю без обеда, того ли еще будет на жизненном пути, всего понаберешься, знаю только, что если бы втрое, вчетверо, всотеро раз было более нужд, и тогда они бы не поколебали меня и не остановили меня на моей дороге. Вы не поверите, как много в Петербурге издерживается денег. Несмотря на то, что я отказываюсь почти от всех удовольствий, что уже не франчу платьем, как было дома, имею только пару чистого платья для праздника или для выхода и халат для будня; _ что я тоже обедаю и питаюсь не слишком роскошно и несмотря на это всё по расчету менее 120 рублей мне никогда не обходится в месяц. Как в этаком случае не приняться за ум, за вымысел, как бы добыть этих проклятых, подлых денег, которых хуже я ничего не знаю в мире, вот я и решился... Когда наши в поле - не робеют. Но как много еще и от меня закрыто тайною и я нестерпением желаю вздернуть таинственный покров, то в следующем письме извещу вас о удачах или неудачах". Ради денег Гоголь принялся за написание сборника "Вечера на хуторе близ Диканьки", который впоследствии ценил невысоко, в том числе и потому, что он был написан ради денег.
