Гоголь и его души полностью

Чичиков. Драгоценнейший вы наш, Николай Васильевич! Уж давно хотел вам сообщить «пренеприятнейшее известие». Так вот теперь случай-то и представился. Знайте, милостивый государь, что я это ваше произведение, с позволения сказать, ну… «души… мёртвые»… вообще не понимаю. Хоть сам там активно участвую.

Гоголь. Так-так. Продолжайте.

Чичиков. Вы вот, уважаемый Николай Васильевич, текстов-то своих уж много написали-с. А осознать-то значения своего труда не можете-с. Не получается это у вас. Уж простите меня великодушно, дорогой автор. Я, само собой разумеется, всего лишь ничтожный коллежский советник, да к тому же ваш простой персонаж. Нас-то, персонажей, на страницах много… А вы, несомненно, величина мировая. Это уж так! Но мнение своё я имею по разному поводу, и не премину его высказать. Уж простите меня ещё раз.

Гоголь. Ничего-ничего, говорите. Мне ваше мнение как раз даже интересно.

Чичиков(пафосно). Тогда извольте выслушать. Я знаю, что вы солидный писатель. Да-да, конечно. Ваши творения бессмертны, переведены на многие языки. Это да! Только вот зачем всё это? Как осознать-с? Сами-то ведаете?

Гоголь. А что тут ведать-то? Литература… жизнь народа… характеры… старался изобразить правдиво.

Чичиков. Правдиво? А вот и не так-с. Многих своих героев вы угадали, да. Но, смею вас заверить, бессознательно-с… просто попали пальцем в небо. (Жест пальцем в небо.) Стало быть, насчёт правдивости – как-то не получается.

Гоголь. Отчего же не получается насчёт правдивости, позвольте осведомиться? Хм… Однако! (Энергично ходит.) Разговор приобретает неожиданный поворот. Персонаж критикует своего автора. Не бывало ещё такого. (Потрясает руками.) Интересно. И что же вы такое осознали, сударь, чего не понял я?

Чичиков. А осознал я неправильность вашей, с позволения сказать, поэмы… В общем и в целом. Одно слово «поэма» уже настораживает. Ни одного стиха нет, а оно поэма… Как это так? (Смеётся.)

Гоголь. Да так уж родилось, так я решил, так тому и быть.

Чичиков. «Я так решил»? Это до издания книги вы, господин сочинитель, можете что-то решать, пока текст в черновиках и в рукописи. А уж после – ни-ни! Не ваше! Книжечка напечатана – всё, руками не трогать и, тем более, в печку не совать!

Гоголь(всплескивает руками). Ого! Какой вы, Павел Иванович, стали самостоятельный.

Чичиков. Каждый персонаж рано или поздно становится самостоятельным. Пора бы вам, сударь, это уже и понять. Давно ведь пишете. Опыт имеется. Первый признак автора-классика – это когда его персонажи начинают «гулять» сами по себе. Вот я и гуляю, уж затруднительно теперь будет остановить. Я ведь приспосабливаться умею хорошо, сами же вы меня таким изобразили. Таков уж есть. А сами-то вы что же? Оторвались вы, сударь, от жизни. Всё в облаках витали со своими идеями. Всё по Италиям разъезжали, по Неаполям. Хотели удивить мир сочинением о хитром аферисте? Вам бы по поварской части лучше пойти, а не по литературной. Вот с пастой итальянской у вас получилось получше, чем с «душами». На кухне-с… там бы свои таланты и проявляли.

Гоголь. Что ж вы, сударь, мешаете «кислое с пресным», кухню с литературой?

Чичиков. А вот уж так. Я ведь честный предприниматель, а не пройдоха какой-то. А вы меня как изобразили? Я ведь законов-то не нарушал, действовал только и исключительно в рамках… так сказать. (Кашляет.) С правосудием не… (Кашляет.) И налоги исправно, все до копеечки… (Снова вынужденно кашляет.) А у вас выгляжу как беспринципный прохвост.

Гоголь (сердито). Милостивый государь! Почему вы вообще позволяете себе такой тон в разговоре со мной? Вы ведь мой персонаж. Вы обязаны говорить то, что я вкладываю в ваши уста. То, что я написал для вас. Вот и извольте не фамильярничать и не гнать «отсебятину». Только по тексту, по авторскому тексту. Извольте уважать авторские права!

Чичиков. Авторские права? О, да! Они, конечно, существуют… а только зачем вы, сударь мой, нас всех описали такими глупыми и жадными? Речь-то ведь не только обо мне. Разве мы такие?

Гоголь. Я вас всех такими увидел. Все вы сатирические персонажи. Вот так!

Чичиков. Вам бы, сударь, писать простые сказки… В простых сказках можно ведь размахнуться с фантазией. Ну, там про серого волка… про царевну… А вы?

А вы взялись сочинять про сказки ревизские. Тут ведь соображать надо, разбираться. А не просто так. Система налогообложения – часть государства. Демографическая статистика – это наука. А вы всё шуточки свои шутить продолжаете.

Вот где вы видели, чтобы нормальный человек хотел построить огромный и ненужный мост у себя в усадьбе? А вы Манилова – человек-то ведь реалист, прагматик по жизни – заставили произносить такую чепуху. А он ведь планировал будущее… И сына его обозвали весьма неблагозвучно, Фемистоклюсом. Экая безвкусица! Нехорошо-с.