Следующая встреча Владимира Муханова с Гоголем произошла в Париже в 1847 г. 28 мая (9 июня) 1847 г. Он писал сестрам: «…В воскресенье уехал Гоголь, который провел здесь неделю в одной гостинице с нами. Мы почти каждый день обедали с ним у Толстых; здоровье его совершенно поправилось: он все время был весел, разговорчив и бодр, одним словом – другой человек, а не тот, которого мы встретили прошлым летом в Остенде. Путешествие его в Иерусалим не совершилось, потому что вырученные за последнюю книгу («Выбранные места из переписки с друзьями». –
Следующая встреча с Гоголем произошла в Германии. 19 июня (1 июля) 1847 г. Владимир Муханов писал из Бадена сестрам: «На пути сюда, во Франкфурте… провели день с Гоголем, который ездил вместе с нами в Гамбург, известный своими водами и играми, этою язвою германских вод. Мы много говорили с ним о последней его книге; он не любит толковать о своих сочинениях, но на этот раз изменил своему правилу. Ему многие ставят в вину, что без всякой причины, без малейшего права, он вздумал быть всеобщим наставником. Между тем ему никогда подобная мысль не приходила в голову. Занимаясь сочинением, для которого нужно было ему собрать много материала и в особенности узнать мысли и мнения его соотечественников о некоторых предметах, о которых он намерен говорить в своем творении, он издал свою переписку, чтобы вызвать толки и прения. Цель его достигнута. Он получил множество писем с замечаниями на книгу».
В кн.:
В то же время сам В. Муханов, еще раньше, 24 февраля 1847 г. писал из Парижа о «Переписке»: «Письма Гоголя – лучше всего написанного им прежде. Излагать святые истины, направлять людей к добру и отводить от мрака к свету, что может быть выше этого назначения, которое есть назначение писателя!»
Мухановы ценили в нем более христианина, чем писателя. Гоголь сам желал такого отношения к себе. Эти люди, христиански просвещенные, оценили в Гоголе высокие качества истинного христианина.
Мы понимаем сожжение II тома «Мертвых душ» перед смертью актом величайшего смирения Гоголя-христианина и в осознании этого ему было сладостно умирать.
Граф, генерал-лейтенант, один из ближайших друзей Гоголя в 1840–1850 годы. Начинал службу офицером, в 1834 г. был назначен губернатором Твери, в 1837 г. стал одесским генерал-губернатором. В 1840 г. вышел в отставку и поселился в Москве, на Никитском бульваре. Здесь, в его доме, с декабря 1848 г. жил Гоголь, там же писатель и скончался. В 1856–1862 гг. Толстой был обер-прокурором Священного Синода, в последующем членом Государственного Совета.
А. О. Смирнова так характеризовала А. П. Толстого: «Графа называли Еремой, потому что он огорчался безнравственностью и пьянством народа и развратом модной молодежи… Он возился с монахами греческого подворья, бегло читал и говорил по-гречески; акафисты и каноны приводили его в восторг…»
<…>
А. П. Толстой познакомился с Гоголем в Бадене на квартире у В. А. Жуковского в мае 1844 г. Следующая встреча состоялась в Остенде двумя – тремя месяцами позднее. Настоящая же их дружба началась в Париже, где в январе 1845 г. писатель остановился в доме графа. Здесь Гоголь начал работу над книгой «Размышления о Божественной Литургии». В это время Гоголь воспринимал Толстого как одного из наиболее близких себе духовно людей, отрицательно воспринимающих парижскую экологию.
В кн.:
Их объединяет нелюбовь к Парижу.
