У фавнов были человеческие тела и лица, но их мохнатые ноги заканчивались копытами, а на головах красовались маленькие рожки. Нимфы, обнаженные молодые женщины, выглядели одна красивее другой.
Завидя их, Рапунцель нахмурилась и непроизвольно потянулась к своим остриженным волосам.
— Ты прекрасна с любой прической, — заверил ее Гранди.
Девушка просияла. Фавны с нимфами столпились вокруг пришельцев. Вблизи нетрудно было заметить, что они относились к нескольким разным видам, но все отличались доброжелательностью и радушием.
— Как интересно! — воскликнула Рапунцель. — Никогда не думала, что мне доведется воочию увидеть и дриад с прелесниками, и реад с горнами, и наяд с воднами.
— Кого… с кем и кем? — спросил Гранди.
— Это различные виды фавнов и нимф, — пояснила она. — Прелесники с дриадами живут в лесах, среди деревьев, реады с горнами в горах, а наяды и водны обитают в озерах. Каждая разновидность приспособлена к своей среде…
Веселая толпа с интересом рассматривала нежданных гостей.
— Что за чудная компания! — кричали фавны и нимфы. — Человек несет на спине кровать, а трое малюток едут на чудовище!
По человеческим меркам фавны и нимфы не слишком рослый народ, но, конечно, они намного крупнее голема.
— Мы ищем маленького дракона, паровичка, — сказал Гранди. — До нас дошли слухи, что он здесь. Его зовут Стэнли.
— Стэнли! — радостно подхватили фавны с нимфами. — Да-да, он здесь, с нами.
Послышалось пыхтенье, и объявился сам паровичок. Гранди удивился, потому что Стэнли уже не был маленьким милым дракончиком. За минувшие годы он подрос и превратился в весьма грозного дракона средней величины. Стэнли выглядел здоровым и вполне счастливым.
— Как ты вырос! — воскликнул голем по-драконьи.
Паровик приблизился, выпуская веселые колечки пара.
— А вот ты все такой же! — откликнулся он, узнав Гранди. — Но я смотрю, с тобой две големские девицы.
— Никакие они не големские девицы. Это Панихида, ты встречал ее раньше, только тогда она была больше. А это Рапунцель, подружка Айви по каламбурам. Случилось так, что, отправившись вызволять тебя, я сначала освободил из башни ее.
— Меня? Но меня нет нужды вызволять, — удивился Стэнли.
— Что он говорит? — спросил Джордан.
— Утверждает, что его незачем вызволять, — ответил Гранди и опять перешел на драконий язык:
— Тогда почему ты не вернулся к Айви? Стэнли опечалился, даже испускаемый им пар потемнел:
— Я бы и рад, да не могу.
— Тебя удерживают фавны с нимфами?
— Не совсем так…
— Значит, ты можешь уйти.
— Нет.
Гранди повернулся к своим спутникам:
— Он говорит, что никто его здесь не удерживает, но уйти он не может.
— Что за бессмыслица! — пробормотал Джордан.
Но тут фавны и нимфы облепили дракона и принялись ласково тормошить его, поглаживая и целуя; в такой ситуации не имело смысла цепляться к нему с расспросами.
Глаза Панихиды сузились.
— Кажется, я начинаю понимать, почему он не рвется уйти отсюда.
— А кто бы рвался? — , кивнул голем.
— Так тебе нравится подобное обращение? — спросила Рапунцель.
— Ну…
— Мне казалось, ты смотришь на это иначе.
— Сейчас нам надо думать о том, как вернуть дракона домой, — грубовато отозвался Гранди.
Но чем дольше голем присматривался к становищу фавнов и нимф, тем менее вероятным представлялось ему успешное завершение миссии. Казалось, здешние обитатели проводили время исключительно в невинных забавах — играли, плясали, ели, смеялись и болтали. Они не ссорились, не бранились и безмятежно радовались жизни. Путникам тут же предложили разделить общее веселье; их стали завлекать в лес, на гору или в озеро.
Панихида приметила, что Джордан поглядывает в сторону дриад, прекрасных обнаженных дев с зелеными волосами, игравших в пятнашки на ветвях могучего дуба. Нимфы гонялись друг за дружкой, визжа от восторга, волосы их вились по ветру, прелестные груди волнующе колыхались.
— Пожалуй, мне пора увеличиться, — угрюмо пробормотала Панихида.
Компания связанных друг с другом лозой горнов взбиралась на гору. Лезть на вершину им было решительно незачем, но это занятие определенно доставляло фавнам удовольствие, и они предавались ему с таким энтузиазмом, словно совершали восхождение впервые в жизни.
Наяды с воднами играли в водное поло. Мяч летал над озером, но соперники не столько стремились к выигрышу, сколько хохотали, плескались и шутливо утаскивали друг дружку под воду.
Неожиданно послышался шум, и из ущелья выступил отряд вооруженных копьями и дубинками гоблинов.
— Ловите самых сочных! — скомандовал вожак. — Ох и славный же у нас будет обед!
Гоблины принялись хватать нимф, те испуганно заверещали, и прилегший было вздремнуть Стэнли навострил уши. Затем он поднялся, выпустил струю пара и затопал навстречу лиходеям.
— Дракон! — завопили гоблины. — Спасайся, кто может!
Отпустив барахтавшихся пленниц, незадачливые охотники со всех ног понеслись к ущелью.
Стэнли выпустил разбойникам вдогонку струю пара, основательно обварив им зады. Как только гоблины исчезли, фавны с нимфами вернулись к своим забавам. Кажется, они тут же забыли о недавней угрозе.
Гранди покачал головой:
