Однако сначала он решил дождаться, когда она закончит говорить по телефону.
– Что-то нашёл? – она испуганно посмотрела на серьёзное лицо Кнута.
– По-моему, я выяснил, кто он такой, – сказал он.
Его звали Мартен Йоост. Он приехал на Шпицберген с материка шестого марта, а назад не возвращался. Полицейские в Ню-Олесунне совершенно растерялись: как же они могли упустить нечто настолько очевидное?
– Ничего мы не упустили, – резко возражал Люнд Хаген, – но я исходил из того, что губернатор сам проверил списки пассажиров – ведь это само собой напрашивается.
Карлсен не был уверен, что улыбнуться будет правильным.
– Ладно, как вышло, так вышло. Но получилось неловко.
– Надо связаться с нидерландской полицией. Ведь мы пока не можем с точностью утверждать, что убитый – Мартен Йоост. Почему, например, никто не сообщил о его исчезновении? Неужели никто не знал, что он собирается на Шпицберген? – и Люнд Хаген схватился за телефон.
Через несколько часов полученные стоматологами данные и фотографию головы переправили в полицию Нидерландов.
– Если ответят сегодня вечером, значит, это он, – решил Тведт, – а если будут молчать несколько дней, то не он.
Ответ пришёл по факсу ранним утром следующего дня. Нидерландская полиция сообщала, что семейство Йоостов проживает в маленьком городке Схевенинген неподалёку от Гааги. Отец Мартена работает аудитором, а мать – сотрудница фонда социального страхования. У них двое детей – двадцатитрёхлетняя дочь, изучающая медицину, и двадцатишестилетний сын, получивший образование фотографа, который в настоящий момент выполняет заказ немецкого журнала «Гео». «Он отправился в экспедицию на норвежский архипелаг Шпицберген», – с плохо скрываемой гордостью сообщил отец местному полицейскому, проводившему предварительное расследование.
Полицейский осторожно уточнил, когда в последний раз они общались с сыном, отец переадресовал этот вопрос дочери, а та ответила, что Мартен звонил им в середине марта. Хотя вполне возможно, что это было и раньше. Девушка не была уверена. Названия места, откуда он звонил, она тоже не запомнила.
– Может, из Лонгиера? – спросил полицейский. Девушка подтвердила. Её звали Хелена, и она смотрела на него серьёзно и испуганно. К чему все эти расспросы?
Полицейский не ответил, а вместо этого продолжал расспрашивать. Вот уже три месяца от сына ничего не слышно – неужели они ничуть не встревожились? Мать улыбнулась и ответила, что об этом сын их предупреждал. Он же отправился в экспедицию и живёт теперь вдали от цивилизации, без водопровода и электричества. А питается тем, что сам добудет – наловит или подстрелит. А ещё он, конечно же, фотографирует, ведь именно за этим он туда и поехал.
– Но он и правда давно уже не выходил на связь, – сказала дочь.
У полицейского не хватило духу рассказать им о найденной на Шпицбергене голове. Нет, пусть кто-нибудь другой им сообщит. Усевшись в машину, он почувствовал облегчение оттого, что отделался жалкой отмазкой, когда его спросили, зачем ему фотография Мартена.
– Он ведь ничего плохого не натворил? – озабоченно спросил отец.
Смотревший с фотографии молодой Мартен Йоост был совершенно не похож на найденную голову. Но, по мнению криминалистов, подобного сходства никто и не ожидал. После смерти люди зачастую выглядят совершенно иначе, чем при жизни. И тем не менее, это был именно Мартен Йоост.
На следующее утро двое следователей нидерландской криминальной полиции выехали из Гааги в Схевенинген. И на этот раз от семьи не стали скрывать всю серьёзность случившегося. Следователи рассказали о найденном на Шпицбергене трупе. Однако даже они умолчали о том, что кроме головы ничего не нашли.
Полицейские попросили контакты семейного стоматолога, и чуть позже в тот же день получили от него требуемые данные. Личность убитого была наконец установлена.
После обеда во вторник одиннадцатого июля сотрудники криминальной полиции Нидерландов и один полицейский из местного отделения в Схевенингене отправились сообщить семейству Йоостов о том, что их сын действительно мёртв. Утром в тот же день прошёл дождь, а дни стояли необычайно жаркие, так что казалось, будто влажность вот-вот вызовет удушье. В машине полицейские сидели в рубашках с короткими рукавами, но от пота ткань прилипала к коже. Всю дорогу они обсуждали, как лучше сообщить о случившемся, но ничего не придумали, кроме как сказать напрямую, что на Шпицбергене обнаружили только голову их сына, а тело так пока и не найдено.
