Джок чувствовал, что его член, сдавленный узкими трусами, становится твердым. Он сорвал трусы и нырнул в бассейн. Сейчас Финли казалось, что он может трахнуть весь мир. Разумеется, в переносном смысле. В такой момент торжества он мог выйти на улицу и изнасиловать первую хорошенькую девушку. Ощущение победы имело для Джока агрессивный характер. Так же как и чувство любви.
Он вынырнул на поверхность и лег на спину. Его член гордо поднимался над водой. Ох уж эти калифорнийские бассейны с теплой водой!
Картина Престона Карра! Картина Престона Карра! Джок вслух передразнил Филина. И тут Джока кое-что потрясло. Ликование исчезло вместе с чувством гордости и эрекцией. Член Джока стал мягким, как после оргазма.
Филин не произнес ни слова о Джоке Финли. Картина не Джока Финли, а Престона Карра. И маленький постскриптум — режиссура молодого Джока Финли. Или малыша Финли?
Престон Карр может оказаться опасным подарком. Да, он гарантировал семи- восьмимиллионный бюджет. Но теперь Джоку придется бороться за свою индивидуальность. Его внутренности поедал маленький червячок, которого звали «право решать художественные вопросы». Марти «вспомнил» об этом как бы невзначай, мимоходом. В сочетании с его советом не беспокоиться это замечание вселяло серьезную тревогу.
О'кей, мистер Престон Карр, мистер Король, я буду покладистым, уступчивым малышом — пока не подписан контракт. Но после — берегитесь! Кто бы ни снимался в картине, боссом буду я, Джок Финли. Не забывайте об этом!
Джок заметил, что эрекция вернулась, он почти испытывал боль. Торжество и враждебность были неразделимы для Джока Финли.
Он внезапно ощутил свое одиночество и захотел встретиться с Луизой. Разделить с ней свое ликование и сильное физическое возбуждение. Он вылез из бассейна. Мокрый Джок схватил телефон, набрал номер. Сначала никто не отвечал. Очевидно, Луизы не было дома. Потом он услышал голос телефонистки, которая не знала, где находится Луиза, но обещала передать ей сообщение. Джок назвал свое имя и сказал:
— Пусть она, когда появится, немедленно позвонит.
Но Луиза не позвонила. С наступлением темноты голодный, одинокий Джок решил прыгнуть в «феррари», поехать в «Ла Скала» перекусить. Он уже направился к двери, когда зазвонил телефон. Лулу?!
Он поднял трубку после четвертого звонка и с нарочитой небрежностью произнес:
— Алло?
Но это была не Луиза.
— Малыш, я знал это заранее! Все в порядке! За исключением одного момента. Этот негодяй действительно заговорил о художественном руководстве.
— А что сказал ты? — спросил Джок резким от злости голосом.
— Я сказал категорическое «нет»! — отозвался Марти. — И именно тогда над контрактом нависла угроза.
— Извини! — отчеканил Джок. — Но отказаться от художественного руководства для режиссера — все равно что позволить отрезать себе яйца!
— Понимаю, малыш, понимаю. Я не говорю, что тебе следовало согласиться. Просто теперь все сорвалось.
— Я сказал тебе, что он, вероятно, согласится. Это ты решил, что контракт уже практически подписан! — Джок заметил, что перешел на крик.
— Малыш, малыш, успокойся. Я обдумываю компромисс.
— Какой? — настороженно спросил Джок.
— Например, ты мог бы сказать, что испытываешь безмерное уважение к Престону Карру. Ценишь его опыт, способности, талант. И отнюдь не хочешь унизить его. Однако весьма опасно давать любой звезде право художественного руководства съемками. Я могу привести полсотни примеров, когда звезды являлись также продюсерами, и напомнить, какие плачевные результаты это дало. Но ты не будешь это говорить. Ты скажешь, что рискованно позволять актеру принимать художественные решения. Даже такому, как Престон Карр. Однако ты не собираешься ничего ему навязывать силой. Хочешь поддерживать с ним добрые рабочие отношения. Поэтому ты готов пойти на компромисс…
— Марти, компромисс в вопросе о художественном руководстве невозможен! — перебил Джок агента.
— Малыш, выслушай меня до конца. Официально право художественного руководства получит исполнительный продюсер.
— Исполнительный продюсер? — насторожился Джок.
— Это позволит тебе стать фактически художественным руководителем, не превращая эту проблему в неустранимое препятствие.
— Каким образом мы сохраним за собой право художественного руководства, отдав его исполнительному продюсеру? — насмешливо спросил Джок.
— Ты сам ответил на этот вопрос, малыш. Все дело в словах «каким образом»? Если я предложу себя на должность исполнительного продюсера, художественное руководство останется за нами. В твоих руках. Престон Карр не возненавидит с самого начала картину, тебя и все остальное.
Джок надолго замолк. Марти ощутил необходимость срочно заполнить паузу. Он внезапно произнес:
— Господи! Какой я болван! Я забыл сказать тебе главную идею сделки. В обмен на отказ от художественного руководства ты хочешь стать одновременно продюсером и режиссером. Это важно, малыш, очень важно.
Марти дал этой мысли время проникнуть в сознание Джока.