К девяти утра все-таки добираемся в офис.
По дороге непривычно молчим. Но мне все-равно комфортно, особенно, когда она руку на свою голую коленку кладет.
— Макар. Я… Наверное, погорячилась.
— О да, но съехать не получится. Мы трахаемся три раза в неделю. Два из них по часу. Один раз пятнадцать минут. Ты мне должна пять часов отбойного траха.
— Четыре с половиной.
— Еще пол часа за моральный ущерб! — ору я и паркую тачку возле высотки с офисами.
От перепалки меня накрывает злоба, как только вижу навязанную агентством проститутку. И ведь нормально же себя зарекомендовала.
Первым делом хватаю белобрысую шмару за волосы и поднимаю из-за стола. Она кричит, а Вася виснет на моей руке.
— Ты с ума сошел! Отпусти ее!
— Она мой брак чуть не разрушила. Слышишь тварь! — ору дергающейся суке в лицо.
Вася все-таки отцепляет от моих пальцев ее волосы, а меня трясет. Ни хрена не вижу, пока она не заглядывает мне в глаза. Пальцами гладит скулы. Ее руки как поток свежего воздуха.
— Я здесь. Я никуда, никогда не денусь. Я дура, если подумала, что после всего, что мы пережили, ты меня предашь. Меня бей, ее не трогай. Она просто хотела пошутить. Правда…
— Вика…
— Вот, Вика пошутила.
В этот момент в кабинет заходит Герман и видя развернувшуюся картину, разворачивается.
— Ах, ты падла…
— Макар! — снова перед глазами Вася и красная пелена ярости рассевается. Зато желание становится почти болезненным. Хочу ее. Сейчас.
— Я не трахался две недели, потому что этому уроду приспичило достать свой член.
— Макар. Я все возмещу.
— Когда?
— Хочешь, прямо сейчас. Там в кабинете. Чтобы перебить то, что они делали.
Бонус. Василиса
Василиса
— Хочу, — успокаивается он и тянет меня к кабинету. Рыкнув на Вику. — Вышла и забыла сюда дорогу.
— Он шутит Вик, завтра приходи как обычно.
— Спасибо, Вас… Василиса.
Заикается и сумку хватает.
— Пошла вон! — орет Макар и хлопает дверью, вжимает меня в нее и почти не дышит. Руками царапает кожу. Задирает юбку, и я понимаю…
Надо. Сейчас надо принять его жестокий настрой.
Виню себя.
Как могла подумать, что этот помешанный на мне мужик, посмотрит в другую сторону?
— Ты просто с ума меня сводишь. Никаких больше недомолвок. Есть проблема, пришла сказала, — разрывает трусы, пальцами касаясь набухающего клитора. Черт… — Надо врезала. Но не смей меня лишать себя. Ты самое ценное… Ты лучшее. Люблю…
— Еще дети.
— Они уйдут. У каждого свой путь, а мы всегда рядом будем. Ты в моей душе, а я в тебе.
За словами, что врезались в нутро души, не заметила подвоха. Его член уже готов. Великолепный, темно розовый в переплетении вен. Сглатываю слюну, уже представляя, как Макар заставит меня сосать.
Начинаю задыхаться, пока огромная плоть начинает свое варварское вторжение.
Господи!
Цепляюсь руками и со слезами понимаю, как мне этого не хватало. Я срывалась на всех, ненавидела Макара, искала причины в себе, когда нужно было просто прийти поговорить и понять…
То, что есть между нами, никогда не позволит предать. Друг друга.
Его член уже протиснулся до самой матки, и я шумно выдыхаю, когда дверь сотрясает первый удар.
Это Макар. Принимается меня в нее вдалбливать.
Раз, второй, третий. Пока просто не начинает долбить меня в нее. Как забивают гвозди.
И я тяну его волосы, кусаю в кровь губы и прошу:
— Еще, сильнее! Господи! Да!
Он рывком разворачивается, несет меня через кабинет. Движением мощной руки скидывает все со стола. И вот я уже с задранными на плечи ногами, а он таранит мое нутро, держа за пальцами шею. Смотрит в глаза и с каждым шумным выдохом делает выпад. Буквально втыкает в меня член, разрывая на двое все чувства.
— Всегда. Всегда говори со мной! — ускоряется, в губы рычит.
Поверить не могу, что ему уже под пятьдесят. Пыл такой же, как в те года, когда мы только познакомились. И сила удара члена об матку, и поцелуи звериные и запах, наливающегося возбуждения.
Когда еще чуть-чуть и будет взрыв!
И стоило ему увеличить скорость, сжать грудь до тянущей боли, как меня торкает, разрывает, убивает острейшее наслаждение.
Черт…
Сплошной, жидкий кайф, разливающийся по венам.
Выгибаюсь, как пронзенная током. Хватаю ртом воздух и лечу. А Макар с звериным рыком за мной, заполняя нутро семенем.
— Охуеть… — только и выдает Макар. — Я уже и забыл, как круто трахаться на столе. Надо нам в спальню поставить.
— Поставь… — выдыхаю, почти не чувствуя себя. Словно в вену вкололи анестезию.
— Ты мне должна еще четыре часа сорок пять минут, — легонько елозит внутри членом… А, он весь влажный в моем соку и его семени. Как представляю на вкус, так почти перестаю его слушать.
В итоге моя невнимательность заканчивается поездкой на двоих в Грецию.
Где мы давно купили домик. Именно там мы мирились после бурных сор.
В аэропорту не протолкнуться, рейсов нет. Так что мы нагло использует связи и заказываем частный самолет Грановски. Едем по территории для его посадки и с удивлением отмечаем ожидающих.
— Лисска! — кричу я звучно, когда вылезаю из машины.
Она машет мне рукой и приблизившись, мы обнимаемся. Мне порой кажется, что из всей нашей безумной компашки она самая спокойная.
