Тана откашлялась и тихо, не поднимая глаз, спросила:
— Чарли Накенко сейчас здесь?
— Здесь, — ответил Штурманн-Тейлор. — И будет здесь всю зиму.
— Можно с ним поговорить?
— Сейчас позову…
— С глазу на глаз, — прибавила она, посмотрев в глаза Штурманн-Тейлору. Кровь стучала в висках. Кто-то действовал, воплощая в жизнь все описанное в книге, каждое слово, уже по меньшей мере четыре года.
— Мой человек приведет его на террасу. — Штурманн-Тейлор кивнул своему помощнику, и тот тут же исчез.
— Что происходит? — спросил Спатт. Улыбка исчезла с его лица, черты исказил страх. Бабах, сидя у огня, молчал, всем своим видом не выражая совершенно ничего.
— Дайте мне эту книгу, — попросила Тана, — я хочу почитать.
— Я могу подарить вам экземпляр с моей подписью. У меня есть несколько…
— Книгу с подписью принесут вам в комнату, констебль, — спокойно сказал Штурманн-Тейлор. — Вне всякого сомнения, вы останетесь здесь на ужин и на ночь. Ты не против, О’Халлоран?
— Как пожелает констебль.
— На рассвете нам нужно продолжить путь, — сказала Тана.
— Никаких проблем. Когда вы соберетесь выехать, вас будут ожидать у выхода. Предоставят вам продукты и все необходимое.
Тана повернулась к Спатту, нервно мерившему шагами комнату.
— Где можно найти вашу книгу? Где обычно люди ее берут? В Твин-Риверсе?
— Да, конечно, — ответил он. — О ней сразу же сообщили во все СМИ Йеллоунайфа, как только она вышла. Целую коробку экземпляров я подарил библиотеке Твин-Риверса, хоть она и совсем маленькая. Еще их раньше продавали в нашем магазине, не знаю, может, и сейчас еще продают. Ну и, конечно, «Голод» могут прочесть все, кто приезжает в наш лагерь. Она широко продается в США, Канаде, Германии — переведена на немецкий. Очень хорошо — в скандинавских странах, в Англии. И конечно, она есть в онлайн-доступе, в электронной версии.
— Скажите, а где вы были четыре года назад в начале ноября?
Спатт замер.
— Я приезжаю сюда каждую зиму вот уже пять лет, аккурат перед Хэллоуином. Я одним из первых приехал к Алану после того, как он приобрел этот лагерь. В тот год была лучшая охота в моей жизни. На моих глазах старая развалина превратилась в один из самых элитных охотничьих лагерей по всему земному шару. Я охочусь исключительно с Чарли, как и многие постоянные клиенты.
— А где вы были в прошлую пятницу, второго ноября?
В глазках-бусинках зажглось беспокойство.
— К чему вы ведете, констебль?
Она с трудом выдавила улыбку.
— Просто хочу выяснить.
— Я… — Они с Штурманн-Тейлором переглянулись. — Мы в тот день охотились, верно, Алан? В пятницу?
— Верно. — Штурманн-Тейлор, как и Бабах, ничем не выдавал своих чувств, но Тана чувствовала, как он напряжен.
— Где вы охотились? — спросила она.
— В Долине Безголовых.
— Как туда добрались?
— На вертолете. Вроде этого. — Он указал на фотографию, стоявшую на старомодном шкафчике черного дерева. — Нас сопровождал местный пилот.
Тана подошла к шкафчику, вгляделась в фото.
— Что это за вертолет?
— Еврокоптер AS355 «Твин Сквиррелл», — сказал Штурманн-Тейлор. — Шестиместный.
Тана окинула взглядом другие фото. Группы охотников на экскурсии. Штурманн-Тейлор в окружении различных женщин. Смеющиеся мужчины в камуфляже, с ружьями наперевес, обнимают друг друга за плечи, у ног распростерт убитый гризли. Штурманн-Тейлор поставил ногу ему на голову. Рядом с ним — Генри Спатт, Маркус Ван Блик, Гарри Бландт и Хизер Макалистер, вне всякого сомнения, их пилот.
— Где сделано это фото? — спросила Тана, указывая на фото.
— Это? — Штурманн-Тейлор подошел к ней. — В долине Нехако. Охотились на гризли.
Тана почувствовала, как подскочило сердце. В Нехако, по словам Алексы Петерс, нашли истерзанное тело геолога из Келоуны.
— Отличная выдалась охота, — сказал Спатт, подходя ближе. — У меня есть фото и получше. — Он вынул бумажник, порылся в нем. Потом гордо воскликнул: — Вот! Бурого медведя я лично завалил из лука.
Тана взяла у него фото, и сердце забилось медленно, неровно. На фото был еще один человек. Стараясь казаться спокойной, не поднимая глаз, она сказала:
— Впечатляюще. Вы часто охотитесь с этой командой, мистер Спатт?
В ее голосе чувствовалось напряжение, и она это услышала. Периферийным зрением уловив многозначительный взгляд Бабаха, поняла, что услышал и он. Это значило, что Штурманн-Тейлор и Спатт, скорее всего, услышали тоже.
— Да, несколько раз точно. Это фото сделано три года назад, в ноябре, верно, Алан?
Тана подняла глаза. Лицо Штурманн-Тейлора изменилось. Глаза сузились, взгляд стал настороженным, оценивающим, как у хищника. Она поняла, что не должна была видеть это фото. И человека на нем.
К счастью для нее, открылась дверь библиотеки.
— Чарли ожидает вас на террасе, мадам. Я провожу, — сказал «дворецкий».
На столике, стоявшем на террасе, Тана разложила фотографии с места гибели Аподаки и Санджита — она взяла их с собой, чтобы показать Чарли.
