- ММГ ушли, наши грузятся на БМП, на них уйдем через речку. На БРДМ уйдут дозоры и передовое охранение.
- Уходи на моем БТРе, командирском, мне оставь другой, пойду заберу парней десантников.
- Ты что, Старый, еб...ся?
- Мастер, мне плевать, что будет со мной. Это семейное дело. Там племянник( на самом деле двоюродный брат, но разница в возрасте...) собрался умирать, Ванька. А за наших я спокоен, все в норме.
Я достал блокнот из планшетки, почти на бегу чиркнув пару строк приказа. Дата. Время. Подпись.
- Возьми.
- Да подотрись ты им.
- Все же возьми. Это больше для начальства, не для тебя. Все, уходите. Вон медсанбатовцев уже к мосту экскортируют.
Я не успел совсем немного, они вошли в боестолкновение с духами, когда я был километрах в трех от них. Насилуя двигатель машины, я влетел на совсем не заметную возвышенность, пересел к КПВТ и сразу открыл прикрывающий огонь метров с 1200. Духи, намек поняли и сразу расползлись по укрытиям. Выехал перед позицией отделение, закрыв их с фронта и открыл боковую дверь:
- Все быстро в машину.
И получил пулю в живот от обошедших прикрытие духов, которых кто-то тут же накрыл огнем. Повезло, если бы духи выждали, положили бы всех у БТРа. Ваньку несли, ранение в грудь и уже оказали первую помощь, когда его заносили в машину, разжал его руку и забрал РГД-5 с выдернутой чекой. Я сознание не терял, потому увидел подлетевшую БМП и подскочившего ко мне Кириллова:
- Уходите, Мастер, меня не довезете. Потроха вываливаются. Сейчас духи подтянут гранатометчиков и всех сожгут.
- Ты?
Показал ему РГД с зажатым рычагом.
- И Мастер, это люди Большого Узбека. Может у меня есть шанс. Прощай.
Он сразу оценил ситуацию и заорал:
- Все по машинам - отходим, БМП прикрывает. Прощай, Старый, парня довезу.
И я остался один, не надолго.
- Эй, шурави, еще живой? - вопрос был задан на чистом русском языке.
- И тебе доброго здоровья, Темир-ака.
Я узнал голос позвавшего, послышались осторожные шаги и рядом со мной присел на корточки мужчина неопределенного возраста от 50 до 70 лет.
- Что бросили, тебя одного, Тень?
- Почему бросили, выполнили приказ, мне что потроха по дороге раскидывать.
- Ясно, давай гранату, а то сознание вот вот потеряешь.
- Пожалуйста, Темир-ака, - и отпустив рычаг, протянул ему гранату.
Его реакции мог бы позавидовать и молодой парень - он тут же ее отбросил, за ближайшую груду камней. Взрыв и таких изощренных ругательств, я не слышал даже от старых боцманов буксиров. Дослушать не успел - потерял сознание.
Очнулся на кровати, в доме, под капельницей, живот забинтован, боль... но можно и потерпеть. У кровати сидела красивая узбечка, лет тридцати, по головному убору - вдова.
Увидев, что я пришел в себя вышла, через некоторое время зашел Большой Узбек - глава самого авторитетного махалля в городе Мазари-Шариф. В прошлом уроженец города Термез, прошедший всю Великую Отечественную войну в разведке и вернувшийся в родной город гвардии капитаном, командиром разведроты и нищим термезцем. Все, что притрофеил на фронте (рассчитывал собрать на калым невесте), продал местным баям, которые теперь назывались выборной советской властью и поднял семью из нищеты. Уже собирался осчастливить пару вдовушек, как последовало предложение перебраться через речку и стать зятем соплеменника, уважаемого и богатого человека, главы сильного рода в провинции Балх, Афганистан. У вождя не было сыновей и он рассчитывал на внуков, от одного из самых сильных мужчин округи - Темира Умид Карима.
Со временен Темир-ака перебрался в город Мазари-Шариф, построил дом, наполнил его детьми и внуками. В Термезе тоже был дом, построенный им для родственников. Большой Узбек, глава уважаемого махалля и известнейший удачливый контрабандист пяти государств: Ирана, Туркменистана, Узбекистана, Таджикистана, Китая. Война мешала его бизнесу и он был против всех воюющих, придерживаясь твердого нейтралитета.
Ни Гульбеддиин Хекматияр, ни Абдул-Рашид Дустум, ни Масуд Ахмад Шах не смогли его убедить вступить в борьбу против режима Бабрака Кармаля и неверных. И еще он ненавидел, давней ненавистью пуштунов - африди из Пешавара. Еще в первый мой срок в Афганистане, спецназ устраивал подвижные засады на шоссе Пешавар - Кабул в Хайберском проходе. Один раз уничтожили банду пуштунов из Пакистана, промышляющих заложниками. Среди захваченных ими людей был и восемнадцати летний внук Темир - ака - Муджид, студент экономического факультета Кабульского университета.
Когда Темир-ака прибыл в Кабул за внуком, он решил его определить на учебу в Ташкент, мы с ним встретились. После взаимных расшаркиваний, он прямо спросил:
- Чем я могу быть полезен офицеру СССР.
- Ни чем, это наш долг за Гитлера.
- Отец?
- Жив, заканчивал службу у Катукова в 1-ой гвардейской танковой армии.
- Может встречались.
- Вряд-ли. Вы герои-разведчики, воинская элита, а он мазута, всю войну мехводом.
- Таких в живых осталось один из десяти.
- Повезло.
- Получается и мне, и внуку моему, тоже.
