— Севка, поганец! — зашипел он, подбегая к двери своей каюты.
Та была приоткрыта ровно на толщину пальца; указательного или среднего, Порнов не разобрал, поскольку палец этот немедленно задергался в щели и уховским голосом застонал:
— Порнов, открой; хуже будет!
— Ой, будет! — разом вспотел Порнов. Похоже, Ухов не лег спать, но и не пошел на разведку дальше тамбура; заинтригованный порновским фокусом с дверями, он попытался найти скрытую кнопку.
И нашел — но не ту. Дверь стала закрываться, Ухов решил ее придержать; обычные двери в этом случае блокировались, прекращали движение; но это была — специальная — порновская дверь.
— До кнопки, конечно, дотянуться теперь не можешь, — скорее констатировал, чем спросил Порнов.
— А то бы я стоял, как памятник Ришелье, — с выдумкой подтвердил Ухов.
— Ну, найди — чем, — начиная кабанеть, посоветовал Порнов. — Палочку там, железку…
— Да нет тут ни хрена!
— Тогда руку отгрызи, — брякнул Порнов. — По локоть!
Будь у него в руке ножницы, он, не задумываясь, пустил бы их в ход; Порнов явственно представил, как костяные (?) пластины с хрустом перерубают тонкие косточки и уховские пальцы летят на пол. Тут он вздрогнул, приходя в себя и отодвигаясь от двери.
— Откуда что и берется, — подивился Порнов собственной кровожадности; и бросился прочь, к Центру.
Времени была потеряна уйма; и когда Порнов влетел в расчетный зал Центра, мерный синтетический голос отсчитывал последние секунды: «пятьдесят пять», «пятьдесят шесть»…
— Открыть шлюз эр-пять-эм, створки а, бэ, вэ и гэ…
— Команда выполнена; конец пакета; ожидание, — ответил компьютер.
Быстро оглядевшись, Порнов не увидел вокруг ничего ценного в его нынешней ситуации; ни там бластера, ни там скорчера, ни там, на худой конец, пары штанов; лишь неподалеку на столике валялась забытая штурманская линейка. Порнов схватил ее и тем же галопом поскакал обратно.
Притормозил у дверей своей каюты:
— На, мальчик с пальцем, — сунул линейку в дверную щель и побежал дальше. У поворота в туннель перешел на шаг; осторожно выглянул из-за угла. Шлюз был открыт настежь; ни штурмана, ни принцессы.
Порнов настороженно миновал все четыре распахнутых створки и подобрался к большому приоткрытому люку в стене; прямо за ним начинался ангар космокатеров. Все еще ежесекундно ожидая от Вставалкина какой-нибудь пакости, Порнов нырнул в люк… и чуть не разбил нос об упавшую прямо перед ним стену из бронестекла.
Там, за толстым стеклом, космокатер выруливал на стартовую позицию; сектор корабельной брони перед ним дрогнул и поехал вверх. Порнов изо всех сил вглядывался в бликующий блистер космокатера; на мгновение ему показалось, что он разглядел сидящую на месте второго пилота Мич; лицо ее было искажено отчаяньем.
— Прокричала лишь она по ту сторону окна, — Порнов сам чуть не заплакал от собственного бессилия, — гад Кащей меня похитил; выручай, а то — хана…
Секунда, другая — косматый рыжий огонь вспыхнул на месте катера, плеснул на стену — Порнов на всякий случай отпрыгнул — заполнил, казалось, весь ангар — и еще через мгновение высвистнул в космос, исчез бесследно; лишь в черноте проема сверкнули четыре белых точки — кормовые дюзы катера. Над головой взревели огромные механизмы, опуская наружную броню; взвыли насосы, нагоняя в стартовую зону воздух; ухнуло и улетело вверх бронестекло. Порнов шагнул вперед и, выругавшись, отпрыгнул назад; керамический пол стартовой зоны еще не успел остыть и обжигал голые ступни.
— Подложил-таки свинью, гад, — воскликнул Порнов, пританцовывая. — На катапульте ему влом взлететь; на газовой тяге, паразит, помчался… тоже…
В другое время Порнов подивился бы комизму ситуации; ведь в прошлый раз, всего пару недель назад, на месте пилота сидел он сам; а по эту сторону бронестекла скалил зубы, строил противные рожи и бессильно прыгал козликом покрытый седой шерстью Вставалкин.
Однако сейчас все мысли Порнова текли в совершенно другом русле.
— Катапульта, стало быть, так у нас до сих пор и стоит взведенной… — чуть ли не шепотом произнес он, глядя на стальные полозья катапульты, перечеркнувшие ангар.
— Пропадай мои галоши! — выкрикнул он, устремляясь в стартовую зону. Подошвы ступней горели, как на раскаленных углях; стараясь скакать на пятках, он добрался до стоящих поодаль широких колонн — цилиндров; открыл в ближайшей колонне дверцу и нырнул в нее; выпал с обратной стороны цилиндра уже в скафандре. Простучав керамическими подошвами, добежал до полозьев катапульты и улегся на живот между невысоких рельсов. Толстым пальцем в синтетической броне ткнул в кнопку на запястье; полозья тонко загудели и подняли Порнова на полметра в воздух; мелькнул зайчик от опустившегося бронестекла; уехала вверх секция наружной стены.
Соленоиды катапульты поволокли Порнова вперед; перегрузка росла лавиной. Последняя мысль была: «Чем не Супермен; еще бы сапоги красные, руку вперед и — адье!»
