— Твоя очередь, — осклабилась Лео.
— Тогда отдай мне этот мэшинган, — Порнов кивнул на арбалет. — Тебе позади, я думаю, и ножика хватит…
— Во-первых, не «дай», а «дайте»…
— Хорошо, дайте…
— А во-вторых, все равно — обойдешся! — Лео покрепче ухватилась за арбалет. — У меня таких пуленепробиваемых ладошек нет, как у тебя; кинжал вот могу дать…
Она выдернула из-за пояса кинжал и ткнула им в сторону Порнова; бери, мол, хватайся за лезвие.
— Укоротить и его что ли наполовину? — подумал Порнов вслух.
Лео молча подбросила нож и поймала его за лезвие; снова протянула — теперь как положено, рукоятью вперед.
— То-то же, — сказал Порнов; взял клинок и сунул к себе за пояс; обойму с серебрянными зарядами-бумерангами он продолжал держать в руках.
— Далеко не отставай, — предупредил он, забирая ключи у охранника и отпирая тяжелую дверь. — Ждать не буду.
— Убила бы гада, — явственно донеслось сзади.
За дверью оказалась анфилада плохо освещенных комнат; следуя ценным указаниям крадущейся следом Лео, Порнов благополучно миновал две из них и вошел в третью.
Комната сильно смахивала на химлабораторию; в мерцающем свете явно неисправного плафона на потолке Порнов разглядел ряды колб и реторт на нескольких блестящих стальных верстаках, два высоких, в рост человека, застекленных металлических шкафа, опять же битком набитых всякой химпосудой; из дальнего угла знакомой спиралью приличного диаметра приветственно подмигнул змеевик.
— Тут слева есть проход, — сообщила Лео. — Минуем его — и мы на месте.
Порнов, двигаясь в указанном направлении, столы с хрупким стеклом миновал удачно; ничего не зацепил, не побил. Приблизился к прозрачной двери в изящной никелированной раме и остановился, дожидаясь отставшую Лео.
— Чтоб тебя! — неожиданно воскликнула девица; тут же послышался звон лопнувшей колбы. — Фу, вонь какая; эй, Порнов… помоги.
Последнее слово Лео выговорила явно через силу; и не ущемленная гордость была тому виной; в ноздри Порнова забралась пахучая и противная донельзя невидимая струйка газа; будто целое лукошко тухлых яйц перед ним разбили.
Грохнул еще один прибор; и еще один; Лео, зажмурив глаза и свободной рукой зажав нос, умудрилась заплутать между двух верстаков; сметая арбалетом с них на пол все, до чего могла дотянуться, она беспомощно тыкалась то в один стол, то в другой.
Изредка она выкрикивала обрывок какого-нибудь заклинания; видимо, только благодаря этому она была еще способна оставаться на ногах.
— Куда ты завел нас, проклятый старик, — проворчал Порнов; понятное дело, про себя; открыть сейчас рот для него было бы чистой погибелью, — подите вы нафиг, я сам заблудился…
Всерьез опасаясь, что образовавшаяся газовая смесь взорвется, он с грехом пополам добрался до совсем уж отчаянно машущей руками девицы; ухватил ее поперек туловища и оттранспортировал к стеклянной двери; выпихнул девицу вон из очага химического поражения — и выскочил сам.
— Послал же бог попутчика, — отчихавшись-прокашлявшись, сказал Порнов недовольно. — С такой помощницей, я думаю, мы ой как далеко зайдем…
— Молчать! — прошипела Лео.
— А что, неправда, что ли… — возмутился Порнов.
— Тихо, тебе говорят! — вновь шикнула на него Лео. — Оглох, что ли; не слышишь совсем ничего?..
Порнов примолк; в возникшей тишине стал слышен слабый, но отчетливый скрип; словно в пустом просторном доме, в одной из дальних комнат, разворчался-расшумелся целый хор сверчков; скри-скрип, скри-скрип…
— Анги, — испуганно прошептала Лео, — анги сацин…
— Фамилия такая? — спросил Порнов Второй с интересом.
— Анги сацин, морская медуза, — пояснил Порнов Первый. — Мы, похоже, из огня да в полымя попали; в садок с медузами, если точнее…
Света в комнате было ровно столько, сколько пропускала стеклянная дверь; надо заметить, что и в лаборатории тоже не солнце сияло; поэтому Порнову пришлось долго щуриться и приглядываться, прежде чем он различил два ряда крупных сферических чанов, стоящих вдоль стен комнаты.
Проход между чанами был шириной метра два, не больше.
— Назад надо идти, — сказала Лео; арбалет она выставила перед собой и настороженно водила им слева-направо, справа-налево. — Без Броу нам с этими зверюгами не справиться. Как она сама их не боится — не знаю…
— Они же вроде как в чанах сидят, — сказал Порнов, — или какая-то хитрость есть?
— Анги сацин — это такой блин толщиной сантиметров десять; и диаметр у нее как у блина, не больше, — сообщил Порнов Первый. — Медуза плотоядная, питается в основном морской птицей; для этого посередине блина приделана специальная сквозная мембрана. Медуза плавает на поверхности; учуяв птицу, выстреливает мембраной струю воды вниз и взлетает в воздух примерно на метр; при ударе о птицу медуза обволакивает ее бахромой; мембрана срабатывает еще раз и разрывает птицу на клочки; после чего медуза приводняется и переваривает добычу.
— А если она в человека попадет, — приценился Порнов Второй, — что тогда?
