Она показалась из-за стеллажа и посмотрела на меня большими карими глазами. Ресницы были густо намазаны тушью. Рядом с ней я почувствовала себя неуклюжей громадиной. Ни яркий макияж, ни сережка в брови, ни высокие каблуки взрослости ей не придавали. Звонкие цветные браслеты едва не соскользнули с ее тонкого запястья, и, чтобы их удержать, она растопырила пальцы.
– Привет. Ты к нам?
Остальные тоже решили на меня взглянуть.
– О, знакомые лица! – воскликнул Стас. Похоже, он ждал, что я вернусь.
– Ну вот и славненько! – Виктория решила, что ее миссия выполнена, и засеменила обратно к остывающему чаю.
– А, так ты знакомая Стаса! – сказала Анечка. В ее голосе послышалось облегчение.
– Ну как… – замялась я.
– Мы знакомы уже целую неделю. Я взял на себя труд порекомендовать барышне «Страну аистов». – Он повернулся ко мне: – Кстати, как она тебе? Только не говори, что не понравилась, – это меня убьет!
– Понравилась. Как раз зашла сказать спасибо.
Яна прыснула:
– Что, опять не сдержался, Стасик? Есть у него такая привычка – подкарауливать в библиотеке невинных девушек и набрасываться со своими рекомендациями. Не обращай внимания.
– Яночка, ты ужасно забывчива! Я для тебя еще две встречи не Стас, а Станнис, лорд Драконьего камня и законный король Семи королевств, – отомстил ей Стас.
– Я проиграла дурацкий спор по «Игре престолов», – с кислым видом объяснила Яна.
Парни тут же разыграли представление: Глеб опустился на одно колено, а Стас с каменным лицом приготовился рубить ему голову воображаемой секирой. Замах – и могучий Великан рухнул на пол. «Откатившуюся голову» Стас поднял за волосы и продемонстрировал публике.
– Вот что бывает с теми, кто без должного уважения обращается к истинному королю, – изрек он и швырнул воображаемую голову прочь.
Яна чуть наклонилась ко мне:
– Ну похвали их, смотри, как они стараются произвести впечатление.
Я улыбнулась, хотя Глеба мне стало жалко. Он так легко подхватил эту игру. Будто веселый пес, которому охота завоевать расположение хозяина. Вряд ли Глеб и Стас когда-нибудь менялись ролями – подставлять голову мечу всегда выпадало Глебу. Мы с ним похожи – я ведь тоже так и не научилась дружить по-другому, не преклоняясь, не прислуживая и не заискивая.
– Ну ладно, ребят, не пугайте человека, – попросила Анечка, заметив, что я изменилась в лице. – Меня зовут Аня, это – Яна. Ну, Станниса ты уже знаешь. – Стас низко поклонился. – А это у нас Глеб.
Великанская ладонь взметнулась вверх и помахала мне. Едва не надорвавшись, Стас помог Глебу подняться, и первое впечатление об их дружбе неожиданно заладилось.
– Глеб, ты бы лучше вместо этого перформанса что-нибудь спел, – посоветовала Яна. – Это у Стаса, увы, нет никаких талантов, а Глебушка у нас просто нереально поет!
– Д-да не-е… – скромно потупился Глеб.
– Он будет петь на концерте! – добавила Яна.
Глеб вымученно улыбнулся.
– Да что вы к нему пристали? Саша, вот скажи, ты читала «Лотерею» Ширли Джексон? – по-учительски осведомился Стас.
– Ничего страшного, если не читала. Вот, можешь сейчас прочитать. Это маленький рассказ, – вмешалась Анечка.
– Я читала. И, честно сказать, это было самое страшное двадцать седьмое июня в моей жизни.
– Великолепно! – Стас картинно хлопнул в ладоши и прогулялся до эркерного окна. Подхватил за спинку антикварный стул с бархатным сиденьем и поставил у камина.
Поток холода, безостановочно струившийся из пальцев, ослаб. Как будто кто-то закрутил невидимый клапан. Вот оно, мое место в книжном клубе.
– Ну что, добро пожаловать в Клуб рассказов о смерти! – сказал Стас, и Глеб по-злодейски хохотнул. – Не сомневаюсь, что тебе у нас понравится!
Все расселись, но я медлила. Клуб рассказов о смерти? Я переглянулась с девочками, и Яна пояснила:
– Нет, мы не сатанисты. Просто у нас тема сейчас такая – рассказы о смерти. Но это временно. Стас придумал. Ой, простите, Станнис, царь драконов и как там дальше?
Стас покачал головой.
Яна скорчила гримасу и поглядела на часы:
– Ладно, что-то мы заболтались.
И началось обсуждение.
– Обычно классику перехваливают, ждешь чего-то такого, а получаешь обычный рассказ, – сказала Анечка. – Но «Лотерея» меня удивила. Я еще подумала: так вот откуда ноги у «Голодных игр» растут!
– Не смей упоминать «Голодные игры» в этих священных стенах! – прошептал Стас, озираясь по сторонам.
Я думала, что они так и будут смеяться и препираться, но они вдруг сделались очень серьезными.
Все высказывались по очереди. Я с удивлением обнаружила, что Яна была из тех, кто не просто читает книгу, а уходит туда жить. Совсем как я. Но мне действительно больше негде было прятаться, только в книгах. А Яна могла выбирать. Я видела ее скорее в большом спорте или на сцене, чем в библиотеке, – она выглядела очень спортивной и жесткой и не любила уступать.
Анечка заметила, что теперь от слова «лотерея» у нее мурашки по коже.
