– Мне хорошо, – от прикосновения женской руки Олег зажмурился, как домашняя кошка. – Как давно ты не трогала меня, как далеко то дивное время… Лара… Я хочу к тебе… Оставь меня у себя. Мне нужен будет только коврик перед входной дверью, чтобы я мог свернуться на нём калачиком… Я знаю, что к тебе приходят мужчины, они не могут не приходить. Но я не буду возражать. Я буду твоим преданным псом, только не гони меня…
Она села на стул напротив него и спросила, глядя ему в глаза:
– Однажды ты звонил мне по телефону, уже много позже того, как мы расстались, и сказал, что ты убил кого-то. Ты помнишь это?
– Может быть, – он пожал плечами, – может быть, сказал. Почему бы и не сказать?
– Ты на самом деле убил кого-то или наврал мне, чтобы порисоваться? Убил ты кого-нибудь?
– Несколько раз, – его взор затуманился. – Кое-что я помню, но далеко не всё. Ты должна понять меня. На самом деле я никогда не хотел этого… Что-то чужое, что-то вне меня… Оно вынуждало меня…
– Тебе хуже? Посмотри на меня!
– Всё в порядке, – он тряхнул головой и открыл глаза.
– Ты хочешь вернуться ко мне? – спросила Лариса.
Он широко, но очень медленно улыбнулся, кивнул и вдруг тихонько, глуповато засмеялся.
– Я хочу, конечно. Как же не хотеть? Я буду спать на полу возле твоей двери… пёс… пёс…
– Я верну тебя, Олег, верну при одном условии. Ты меня слышишь?
– Да.
– Ты говорил, что будешь убивать людей, чтобы привлечь моё к тебе внимание.
– Говорил.
– Это страшно. Это кошмарно. Если ты так и поступал, то…
– Я так поступал, – утомлённо кивнул он головой, – я так поступал… я ненавижу мир за то, что он разлучил нас…
– Тогда я хочу, чтобы ты больше никогда не делал этого.
– И ты примешь меня снова?
– Нет. Я приму тебя, если ты прекратишь убивать… убивать просто так…
– Просто так? А как ещё можно убивать?
– По заказу… Ты сможешь убить по моей просьбе одного человека?
– Какого? – вскинулся Олег.
– Ты хорошо понимаешь моё условие?
– Я хорошо понимаю. Я готов, я пойду прямо сейчас, – Олег тяжело поднялся, нацепляя пальто, – я перегрызу ему горло!
– Сперва возьми себя в руки, – строго сказала Лариса. – Ты сейчас… э… как у вас это называется? Ты сейчас под действием, то есть под кайфом?
– Да, но мне надо сделать ещё укол.
– И ты будешь в норме?
– Я буду в норме. Я крепкий. Я себя знаю…
– Тоже мне крепыш, – покачала она головой, – едва на ногах держишься. Сколько ты уже на игле-то сидишь?
Он не ответил, но опять стянул с себя пальто, на этот раз бросив его на пол, сунул руку в карман и достал оттуда шприц, резиновый жгут и маленькую железную баночку с чем-то перекатывающимся внутри.
Лариса быстро ушла на кухню и остановилась перед высокой деревянной подставкой, из которой торчали длинные рукоятки кухонных ножей. Несколько минут она пристально смотрела на эти рукоятки, затем вытащила широкий нож с острым концом и медленно повертела его перед собой, следя за игрой света на холодном лезвии. Удовлетворившись своими размышлениями, она тщательно протёрла его полотенцем и принесла в комнату.
Олег сидел, закрыв глаза, и слегка покачивался взад и вперёд. На лбу у него выступили капли пота.
– Как ты? – спросила Лариса.
Он кивнул в ответ и улыбнулся.
За окном вяло падал с бледно-серого неба редкий мокрый снег, прозрачные солнечные лучи едва угадывались в рыхлых прогалинах зимних туч.
***
Остановив «вольво» возле ближайшего газетного киоска, Лариса вышла купить журнал «Плюфь».
– У нас только прошлый номер, – хрипло ответила продавщица, укутанная в платок, – новый ещё не поступал.
– Мне любой, – быстро сказала Лариса.
Она схватила журнал и торопливо пролистнула его.
– Ага! Вот вы где сидите, – прошептала она и надавила на педаль.
– Что ты выискиваешь? – полюбопытствовал Олег.
– Адрес редакции, – быстро ответила она. – Мы поедем туда, и я покажу тебе того человека. Ты нож куда засунул?
– Под пальто держу, рукой прижимаю.
– Замечательно. Будь готов к прыжку, пёс.
– Я готов! – Он оскалился, изображая собаку.
Минут через тридцать она остановила «вольво», не доехав одного дома до здания, где располагалась редакция «Плюфя», вышла из машины. Вдоль улицы шли люди, хмурые и весёлые, говорливые и молчаливые.
– Слушай меня! – Лариса вернулась в машину, и голос её стал строгим. – Сейчас мы с тобой пойдём вон к тому дому. Там работает нужный нам человек. Мы будем ждать его, долго будем ждать. Может быть, мы и не увидим его сегодня, тогда вернёмся завтра.
– Как я его узнаю? – спросил Олег.
– Ты увидишь его, поймёшь. Я с ним заговорю. Я остановлюсь возле него. Ты же сперва держись поодаль. Когда я отойду от него, подойди и ударь его… Ты сейчас хорошо чувствуешь себя? Ударить ножом сможешь?
– Я в полном порядке. Мне хорошо. И ты сидишь рядом со мной, – Олег улыбнулся по-детски открыто. Трудно было поверить, что человек с такой улыбкой мог пойти через минуту на убийство.
– Я рассчитываю на тебя, Олежек, – вкрадчиво произнесла Лариса.