День тянулся бесконечно, вечер никак не наступал. Финлей занимался тем, что читал, плавал в речке и гулял по берегу. Ближе к закату набежали тучи, скрыв солнце и грозя дождем. Всю вторую половину дня Финлей потратил на поиски чего-то, из чего можно соорудить укрытие. Ему удалось найти всего несколько веток и прутьев, так что навес получился хлипкий: если налетит буря, все сооружение развалится.
Ливень начался за час до заката. Финлей залез в укрытие и завернулся в плащ. Стало холодно. Через несколько недель наступит глубокая осень, а там горные проходы на многие месяцы станут непроходимы. Снег сделает его узником Анклава так же, как и всех остальных его жителей.
Вернется ли к этому времени Патрик? Сколько времени он намерен оставаться в Данлорне, если, конечно, он туда добрался…
Раздался раскат грома, но молнии Финлей не увидел. Он съежился под своим навесом, который совсем не защищал его от влаги. Если начнутся дожди, вернуться в Анклав будет еще труднее, а то и вообще невозможно.
Боги, должно быть, услышали его безмолвную мольбу: всего через полчаса ливень прекратился; воздух после грозы стал свежим и бодрящим. Финлей раздул угли, прикрытые золой, и расположился у костра, готовый откликнуться на зов Фионы.
Она, должно быть, уже устроила привал. Теперь ее от Марсэя отделяет всего день пути. Финлей шепотом воззвал к Серинлету и закрыл глаза.
У него ушло несколько минут на то, чтобы пробиться сквозь уходящую грозу; потом Финлей почувствовал, что движется свободно, и устремился на восток. Он не спешил, окидывая колдовским взглядом берега реки, пробуя силу на всех бледных встречных аурах. Дальше, еще дальше, и вот…
Да. Это она. В ночи горела яркая и теплая знакомая аура. На мгновение Финлей позволил себе обвиться вокруг нее, потом сосредоточился снова и направил поиск сквозь аярн Фионы. Впереди лежал еще далекий путь.
Только удалившись от Фионы, он заметил различие: теперь он знал, чего ждать. Да, он мог распоряжаться большей силой, мог видеть дальше. Изменилось и что-то еще… цвет? Что это?..
Финлей не мог больше дышать.
Внезапно вся его сила исчезла, словно захлопнулась дверь и оставила его в темноте. Финлей, задыхаясь, попытался сопротивляться этому, но сияние ауры Фионы начало гаснуть. Он зашел слишком далеко… Нужно было захватить с собой кого-то еще, кто помог бы ему выйти из транса.
— Ко мне, мальчишка!
Скрежещущий голос пробился сквозь беспамятство и вернул Финлея в его тело. Когда он открыл глаза, его разрывала нестерпимая боль. Финлей не видел ничего, кроме тлеющих углей костра, а когда попытался шевельнуться, в горло ему уперлась холодная сталь клинка.
— Вот именно, — снова раздался голос. — Ты все понял. Одно движение — и я перережу тебе горло. Ты умрешь прежде, чем твоя кровь успеет впитаться в землю.
Финлей замер, отчаянно пытаясь сделать вдох. Зрение его все еще не полностью восстановилось, сердце бешено колотилось. В ужасе он попытался собраться с мыслями, вспомнить боевые приемы, но почему-то разум отказывался повиноваться.
— Все оказалось так просто, — лениво и удовлетворенно продолжал голос. — Ты удивил меня. Должен же ты был сообразить, что не следует заниматься такими делами, когда еще не улегся шум после твоего ареста и безвременной кончины. Ты ведь Финлей Дуглас, верно? И ты совсем не погиб, свалившись с утеса. — Клинок сильнее прижался к горлу Финлея, рассек кожу. Финлей почувствовал, как на грудь ему течет кровь. — Скажи, твой брат знает о том, что ты колдун? Он помог тебе разыграть трюк, заставивший Осберта поверить, будто он видел твое мертвое тело? Или бедный герцог на самом деле думает, что его братец покинул этот мир? Трудно поверить, чтобы он, если обо всем знает, позволил тебе продолжать твои фокусы. Благородный Данлорн никогда не мог бы опуститься до колдовства.
Финлей почувствовал, что теряет способность двигаться. Издевательский голос лишал его воли, зло проникало во все закоулки его души. Да, это и имела в виду Дженн… Если бы только он понял вовремя!
— Да, ты очень ловко провел Осберта. Жаль, что слишком многие видели тебя в Килфедире. Будь ты поскромнее, я мог бы даже подумать, что вся история выдумка. А так ты только еще больше растравил мое любопытство. А теперь поднимайся.
Финлей с усилием заставил свои ноги шевельнуться. Ему хотелось обернуться и увидеть лицо Ангела Тьмы, но он был совершенно обессилен; казалось, жизнь покидает его с каждой секундой.
Голос раздался снова, на этот раз тихий и внушающий ужас:
— Как раз когда я думал, что все пропало, ты попал в мои руки. Так легко, по собственной глупости! Посмотри в последний раз на небо, Враг: больше ты его не увидишь.
Все тело Финлея пронизала жгучая боль, он словно одеревенел, потом его поглотила тьма.
