Еще недавно у двадцатилетней Эллис Кирк была вполне привычная жизнь: университет, вечеринки, уютные вечера в компании лучших друзей и любимого… Пока одним июньским вечером небольшая компания молодых людей не отправляется за город, чтобы устроить пикник в честь окончания учебного года. Костер, бутерброды, разговоры – ничего не предвещает беды. Кроме ужасающей тишины, что разрастается по всей округе. А за ней, из глубины, приходит голос, предсказывающий гибель.Кто умрет этой ночью? И есть ли возможность спастись?
– Я боюсь комаров, – завизжала Никки, когда мы с друзьями вышли из машины.
Наступило лето, закончились экзамены, и я, вместе с моим парнем Максом, его другом Николасом и той самой Никки, что сейчас бегает вокруг машины и размахивает руками, приехали к местной реке, чтобы устроить пикник на свежем воздухе.
Да, знаю, о чем вы думаете: Ник и Никки – невероятное совпадение или несмешная глупость. Все из этого, если учесть, что они стали встречаться.
Я подумала, что Макс шутит, когда объявил, что мы едем на берег реки вместе с НикНиком. Я бы не оценила, если б нас называли ЭлМакс или МаксЭл. Звучит отвратно и чрезмерно слащаво. Но саму парочку вполне забавляет их прозвище, так как они сами его и придумали.
Хотя, должна согласиться, что место, о котором Максу рассказал его сосед по комнате, оказалось вполне живописным. Лес, где лиственные деревья соседствовали с хвойными, поражал своей высотой. Лучи заката пробивались через их пышные ветки и приятно нагревали кожу.
Воздух в тени был прохладным, поэтому по моим рукам, не скрытым футболкой, поползли мурашки. К счастью, вместо шорт, которые предпочитала носить летом, я выбрала джинсы.
Мы остановились на краю проселочной дороги, так как к нужной нам полянке не было выезда – только узенькая тропинка была нашим ориентиром. Ну и огромный желтый знак «Не мусорить».
– Элис с детства ходит в походы, – похвастался Макс таким тоном, будто это было его достижение.
Я посмотрела на своего парня взглядом в стиле «нашел-чем-гордиться», но он меня проигнорировал и отправился к багажнику, чтобы вытащить все наши сумки.
Мы с Максом познакомились в прошлом году, когда у нас совпало несколько предметов в колледже. Меня привлек контраст его внешности: светлые волосы и темно-карие, почти черные, глаза. Телосложение у него было не слишком атлетичное, но черная футболка и серые джинсы с заметными потертостями смотрелись на нем вполне неплохо.
Ник обладал более смазливой внешностью мальчика-серфера, поэтому дефицита в девушках он не испытывал. Пару месяцев назад была Карен, до этого Донна, а перед ней… Кажется, ту его подружку звали Ноа. Тогда я подумала, что девушки с нормальными именами закончились. Но нет, в итоге он пришел к этой Катастрофе-в-розовом.
– Класс, – с улыбкой отозвался Ник. – Никки вообще неприспособлена к жизни вне своей квартиры.
Глядя на то, как светловолосая голова Никки исчезает в кустах, а ее платье цепляется за тонкие ветки, я нисколько не сомневалась в этих словах.
Когда я была маленькой, отец действительно любил брать меня в походы. Но когда он решил отправиться на рыбалку к небесным озерам, наши поездки ожидаемо прекратились. С тех пор путешествия на природу ассоциировались у меня с тем, что я больше никогда не увижу своего папу.
Думаю, вы понимаете, что в дороге я всеми силами игнорировала искусственное воодушевление Никки, которая сидела рядом со мной на заднем сидении в своем коротком розовом платье и туфлях на каблуках и рассказывала, как сильно она любит природное умиротворение.
– Но у нее есть другие достоинства, – добавил Ник, поигрывая бровями. И, думаю, мои предыдущие мысли могли послужить ответом на то, какие ее «добродетели» он ценил больше всего.
– Да, Ник, ты всегда выбирал истинных леди с устоявшимся набором моральных принципов, – не без раздражения заметила я.
Возможно, девушки Ника вызывали во мне волну негатива потому, что я сама никогда не была на них похожа. У меня короткие темные волосы, которые я стригу самостоятельно, вполне посредственные серые глаза. Но зато мне повезло с губами: они у меня пухлые и без гиалуроновой кислоты, которая, я уверена, составляет пятьдесят процентов всей жидкости в организме Никки. Что касается одежды, то и здесь мы гармонировали также хорошо, как Мерлин Менсон и Перис Хилтон: я предпочитала черные джинсы, просторные футболки из мужского отдела и удобные кеды, а она – яркую одежду с витрин модных брендов.
– Я бы на твоем месте проверила как она, или на следующей неделе придется идти в секс-шоп за новой куклой.
Ник широко улыбнулся, подмигнул мне, и направился в ту сторону, где ранее исчезла Никки.
– Не будь такой сварливой, – тон Макса был доброжелательным, но мое настроение находилось на дне Марианской впадины еще до утреннего пробуждения.
Я. Не. Хотела. Никуда. Ехать. Тем более с этой парочкой.
Я подошла к багажнику, где в этот момент копался мой парень, стараясь вместить в пакеты всю ту еду, которая выпала из них на особо ухабистом участке дороги. Где-то между колбасной нарезкой я заметила авокадо, и мои глаза сами собой закатились.
– Ты же знаешь, что я не люблю проводить время с незнакомцами, особенно такими надоедливыми. Она взяла сюда авокадо? – прошипела я, указывая на ни в чем неповинный…
Макс засмеялся и положил авокадо в один из пакетов.
