– Идет мама с ребенком. О чем-то ему рассказывает и к слову вставляет: «Мы с тобой одной крови. Ты и я!» Он молчит. Мама спрашивает, кто это сказал. Мальчишка радостно заявляет: «Донор!»
Смешно. Но Ася еле выдавливает из себя жалкое хихиканье. А у Натальи такое мрачное и озлобленное лицо, что Сергей обижается, с холодным выражением переставляет пробирки из контейнера в свой чемоданчик и сурово марширует к двери, но на полпути не выдерживает характера и, одним прыжком снова оказавшись у стола, выгребает из блюдца три оставшихся печенья. Сережа тоже вспыльчив, но отходчив, совсем как Виктория Петровна! Он подмигивает Асе и удаляется, напевая, вернее, отрывисто декламируя:
Ужас какой… Но это всего лишь песня. А наяву бывает еще ужасней и страшней. Как прошлой ночью…
Стоит Асе это вспомнить, как ее начинает колотить. С отвращением видя, как трясутся ее пальцы, набирает с телефона Федотова номер своего мобильного.
– Але? – отвечает ужасный, хриплый, неприличный какой-то голос.
Ася с отвращением зажмуривается. В руках какой немытой скотины сейчас ее телефончик, ее родной и верный друг по имени «Нокия»?!
– Мне бы Грушу, – говорит она робко.
– А яблоко не хочешь?! – рявкает мужик и поясняет кому-то в сторону: – Да никто, дура какая-то. Ты представляешь, грушу ей надо! В овощной, что ли, звонит?!
Вдали раздается какой-то невразумительный крик, шум, но Ася уже отключается.
И тотчас ее номер снова высвечивается на дисплее.
Понятно, мужик решил поразвлечься… телефон в руках какого-то, мягко говоря, бандюгана, а Груша там совершенная, никому не известная шестерка. Поэтому на эти звонки можно не обращать никакого внимания.
А все-таки Асе обидно, что он – шестерка… Если уж испытывать романтическое влечение к бандюгану, то пусть он будет хотя бы этим, как его… авторитетом!
Смешно? Наверное. Но Асе не смешно. Вот ведь угораздило… Столько лет все было тихо и благонравно в душе, а тут вдруг…
Может, оттого, что он ее спасал? Или оттого, что она спасала его? Или просто потому, что раздевалась при нем, хотя он этого и не видел, и пожертвовала ему свой лифчик и майку? Или потому, что у него была эта выпуклость, на которую Ася нечаянно наткнулась ладонью…
Нет, лучше даже не думать об этом!
Ася прячет телефон в карман и идет в подсобку – снова согреть чаю.
Надо бы Наталью позвать, что ж она там голодная сидит… надо бы позвать, но как-то страшновато.
Однако Наталья сама ее зовет:
– Снегирева, иди сюда!
Ася, в очередной раз порадовавшись, что не сменила в свое время фамилию, выходит в приемную. Наталья стоит у городского телефона, прижав трубку к виску.
– Меня к телефону, что ли? – удивляется Ася, потому что не слышала сигнала.
– Что ж ты трубку не берешь? – спрашивает Наталья. – Я тебе звоню, звоню…
– Да я же потеряла телефон вчера, я тебе разве не говорила? – пожимает плечами Ася.
– Нет, не говорила, – качает головой Наталья. – Ты мне говорила, что изменила свой звонок на «Властелина колец». И это было сегодня утром. И телефон сейчас у тебя в кармане, вон у него дисплей светится…
Ася передергивается от воспоминания о
Ася в растерянности нажимает на кнопку ответа и подносит телефон к уху.
– Алло? – машинально говорит она.
– Привет, Снегирева! – отвечает Наталья. – Ну что, купила еду?
Теперь голос Натальи звучит около Асиного виска, словно бы ввинчивается в мозг. Наверное, со стороны это кажется смешным: девушки стоят в двух шагах друг от друга, а переговариваются по телефону, – но смотреть со стороны совершенно некому: сегодня в кабинете на улице Невзоровых пустой какой-то день. А выражение лиц девушек таково, что смеха никак не вызывает.
– Нет, – лепечет Ася. – Но я… поставила чайник и достала Валино печенье. Можно пока немного перекусить. А я потом Вале новую коробку куплю.
– А где ты была вместо того, чтобы за едой сбегать? – сурово спрашивает Наталья.
– Ну, там, я одно дело делала… – уклончиво бормочет Ася. – Надо было съездить кое-куда, ты извини… Поешь, печенье очень вкусное!
Но на эту робкую попытку все уладить Наталья не реагирует и продолжает допрос с настойчивостью товарища Вышинского:
– Откуда у тебя взялся этот телефон?
– Я его нашла… на улице… – робко лепечет Ася.
