Кровь человеческая! Как много в этом слове загадочного и неизвестного самому человеку, хотя течет она по его венам и в его теле! Вот бы разгадать эти загадки? Почему у одного человека детей, пруд пруди, а второму Господь дает кровь не того резуса и отрезает возможность иметь нормальное потомство? Ответы ты можешь найти, но для этого должен приложить не просто усилия, а по настоящему перечеркнуть предложенное Богом, и выстроить свой сценарий Бытия!И она перечеркивает! Сколько подножек тут же устраивает ей эта противная госпожа Судьбинушка! Отбирает любимое дело, убивает мужа, отбирает не рожденного ребенка, единственную надежду на возможность иметь его из-за резус фактора, отбирает Надежду…Но Личность не может себе позволить упасть! Через страшные испытания она возвращает себе веру в людей и побеждает приговор Судьбы! Она разгадывает кроссворд предложенный Богом и решает проблему с человеческой кровью! Она уже МАТЬ и ждет еще одного здорового ребенка, а в дополнение ей присуждается Нобелевская премия Мира, за все достижения, на которые только способен Человек Настоящий!!!
«Вопросы крови – самые сложные вопросы в мире»
«Боже, как же больно! – думала она, – Как больно! Неужели человек такое закаленное создание, которое может выдержать такую отчаянную, такую окаянную и жгучую боль и не помереть? Или это начинает работать защитный механизм, который не дает возможности погрузиться в боль до состояния потери самоконтроля и полного сжигания себя изнутри? Я и представить себе не могла, что боль способна еще раз, и еще раз, и еще раз так повторяться? Когда же это закончится? Неужели невозможно что-то сделать? Поменять, переписать по-новому, изменить этот ужас на что-то, что не так больно царапает за сердце? Неужели так и будет терзать эта бесконечная боль, способная так сводить с ума? Но, как же больно…»
Капелька дождя, на которую смотрела через мокрое стекло Таня, сползала по этому стеклу и медленно ползла вниз, собирая по дороге еще капельки и становясь большой каплей. Точно такая же капелька повисла на реснице, потом упала на щеку, сползла по ней, упала на грудь и мимо соска поползла к низу живота. Таня поймала ее в ладошку, размазала каплю по животу и приложила мокрую ладошку в самый низ, на границу с золотистыми волосками.
«Мучитель мой! За что ты так мучаешь меня? Да! Я виновата. Я совершила ошибку, но, нельзя же наказывать так жестоко, и так долго! Если ты, мой организм, решил лишить меня потомства, то пускай так и будет! Давай поставим на этом точку! Но ты опять и опять повторяешь для меня эту боль! Опять и опять колешь в сердце моей ошибкой! Почему? Я сама прекратила свои бессмысленные попытки стать матерью! Я сама уже поняла, что из этого ничего не получится! Теперь я каждый месяц предохраняюсь и даже пью гормоны, но ничего не помогает! Я опять беременна!»
Она стояла у плачущего окна и рассматривала две тестовые полоски из аптеки, которые говорили ей о беременности! Это был ужас! Этот ужас повторялся и не давал ей покоя. Она не хотела больше делать аборты, устала объяснять своему молодому человеку, почему не может иметь детей.
Этот – Игорь, был уже четвертый, который тоже не поймет, почему нельзя оставить ребенка и не идти на очередную операцию, и, возможно, тоже уйдет. Но пойти к врачам придется…
Память перенесла ее в раннее детство, когда она была симпатичной, жизнерадостной девочкой-попрыгуньей. Ей казалось тогда, что она родилась на этот свет не такая, как все дети, что все эти люди вокруг, не понимают, для чего она родилась! А родилась она не просто так, а с очень большой миссией! Она была уверена в этом с самых пеленок. Это было ее маленькой тайной, которую она старалась никому не рассказывать. Она с ней родилась, поэтому очень гордо носила ее внутри своей Души, как в хрупком, но не прозрачном сосуде и старалась не расплескать!
И с этого раннего детства ее никто не понимал! Папа, Евгений Петрович, очень известный ученый, печатавшийся в умных, научных журналах, с очень «заумными» статьями в области микробиологии клетки, радостно называл ее – моя попрыгунья-стрекозел. Мама, Юлия Семеновна, доктор физико-математических наук, называла электровеник, а выписанная из деревни для помощи в воспитании ребенка бабушка Антонина Захаровна, которую Таня тут же назвала ба Тоня, просто Танюшка, за что была милостиво принята в Танино сердце и поселилась там навсегда. И не только все-все дети и в садике, и потом в школе, не понимали ее даже в кругу собственной семьи, когда подросшая девочка на любые мелкие замечания стала теперь огрызаться немедленно и тут же громко заявлять:
– Вы все делаете неправильно! Я знаю. Я сама все знаю лучше вас, как правильно! Вы не умеете воспитывать детей!
Одна только бабушка улыбалась своими морщинками, про которые Таня тут же сказала:
– Правильно говорят французы – «лицо без морщин еще не лицо…»
Откуда Таня набиралась дерзости и всяких неожиданных пословиц, мама не понимала и даже нервничала по этому поводу.
– Та не боись ты, – говорила ей ба Тоня. – Это у ней кровя молодая гуляет. Перегуляет и успокоится. Это у ней наша порода! Ты хоть про свои кровя чего знаешь? А не знаешь! А у нас кровь-то редкая! Вторая группа, но отрицательная. Моя бабушка говаривала, что мы все из космоса и поэтому у нас такая кровь. Космическая. Дааа! Поэтому и с пацанами так хороводит…. Она себе ищет! Пущай ищет! Это хорошо! А что много знает, так это ишо луччи, это у ней вибрации космическии… просют знаний они. Поэтому и читат под одеялом. Пускай! Хорошо! Знания еще никому во вред не шли… И ей тож помогут по жизни. Главное, чтоб рано не созрела, да по пацанам не понесло… Мы в роду все такии раннии…. Как и ты! Как и я…. Оооох! – успокаивала она родителей.
