Но после смерти я научилась управлять психо-магической энергией без помощи взглядов и жестов. Мне было достаточно представить себе, что я перемещаюсь в пространстве так же, как прежде, когда я существовала отдельно от своего тела. И, мысленно переместившись подобным образом, я могла послать удар, никак не выдавая заранее ту точку, из которой он будет исходить. Маг, прошедший через смерть, многократно усиливает свои возможности. Старая истина, смысл которой до сих пор оставался загадкой.
Теперь я стала наносить один удар за другим. Молнии падали с разных сторон, всякий раз ударяя в пол поблизости от альт Ратгора. Гадалка из приграничного городка была права. Здесь, на балу, действительно находился ангел смерти. И этим ангелом была я.
Прежде, чем нанести свой главный удар, я опять посмотрела альт Ратгору в глаза. И увидела: он знает. Он понимал, что сейчас произойдёт, и уже не питал на этот счёт иллюзий. "Так что, Йорам, - спросил мой взгляд, - ты по-прежнему считаешь, что твой план стоил заплаченной цены?" Его губы дрогнули в слабом подобии улыбки. "Стоил, Кейра", - безмолвно ответил он.
Ещё секунду мы продолжали смотреть друг другу в глаза. "Сейчас", - одними губами произнесла я, и успела увидеть выражение обречённости у него на лице, прежде чем пущенная мной молния попала в цель.
Недавний хаос и шум поединка сменился тяжёлой тишиной. Я медленно подошла к распростёртому на полу телу. Склонившись, провела над ним рукой. Альт Ратгор был мёртв. Не так, как я. Так, как Филипп и многие другие, кого уже не вернуть после прошлогодних событий. Распрямив спину, я повернулась к распорядителю, осторожно приблизившемуся к центру зала.
- Главу магического ведомства следует перевести в столицу и достойно похоронить. - В моих интонациях читался приказ.
Распорядитель покорно склонил голову.
- Всё будет исполнено, госпожа.
На несколько секунд я взяла себе передышку и глубоко вздохнула. Потом подошла к Гертруде.
- Ваше высочество, я сожалею о том, что вам пришлось присутствовать при подобной сцене. Приношу вам свои извинения.
Теперь, когда возмездие свершилось, следовало позаботиться и о внешней политике государства.
Гертруда на мои извинения ничего не ответила. Вместо этого спросила, впившись в меня внимательным взглядом:
- Вы - Кейра альт Реджина, личный маг Филиппа?
- Филипп Второй Риннолийский был убит год тому назад, - с торжественной грустью произнесла я. Грусть была искренней, торжественность - соответствующей случаю. - Но я действительно Кейра альт Реджина.
Сопровождавший Гертруду маг рассматривал меня с крайней степенью любопытства. Без страха, без ненависти, без приязни. Исключительно с интересом, нисколько не скрываемым.
- Как я понимаю, это вы обладаете умением перемещать человека сквозь дверцы кареты? - не моргнув глазом, осведомилась принцесса.
Этот вопрос вызвал недоумение среди слушавших наш разговор людей.
- Только в случае крайней необходимости, - позволила себе улыбнуться я.
- Ну что ж. Передайте графу Дельмонде, что он был прав в своих предположениях. Я отменяю все договорённости, заключённые с Йорамом альт Ратгором и занимавшим трон самозванцем.
- Простите, ваше высочество, но я не вполне понимаю, - проговорил, осторожно приближаясь к нам, Гастон Аделяр, дядя Антонии Сафэйра, назначенный её опекуном и по совместительству хозяином здешних земель. - О каких предположениях идёт речь?
Глядя на Аделяра, я в очередной раз подивилась, как ему могли преподнести на блюдечке - пусть и временно - статус герцога. Не надо сильно разбираться в физиогномике, чтобы понять, что стоящий перед нами человек не отличается ни силой характера, ни властностью, ни широтой мышления, необходимыми для управления такой территорией. У Тониного дяди на лице было написано, что он трусоват, не слишком чистоплотен и предпочитает действовать исподтишка. Впрочем, кажется, я уже упоминала свою пристрастность в данном вопросе.
- Я имела в виду не вас, - холодно ответила Гертруда, - а графа Андре Дельмонде.
- Но как же... - Аделяр откровенно смешался, но затем всё-таки счёл нужным настоять на своём. - Этот человек уже давно лишён графского титула.
- Не подскажете, кто именно лишил его титула и когда это произошло? - вмешалась я.
Аделяр отвёл глаза и промолчал. Мой тон был достаточно ядовитым, чтобы недвусмысленно протранслировать: вопрос риторический и ответа не требует.
