– В деревне в лучшем случае найдётся бабка-знахарка, – согласно пробормотал Ян.
– Бабка-знахарка не подойдёт, – категорично покачал головой Ролен. – При всём уважении к накопленным в веках знаниям, современная магическая наука слишком далеко продвинулась, чтобы пренебрегать её достижениями.
– Значит, всё, что остаётся, это ехать в город? – вздохнула Мирта.
Однако Джей сверлил Ролена сосредоточенным взглядом.
– Скажите, доктор, – проговорил он, – а вы не согласились бы наблюдать мою жену в течение этой недели?
Лекарь задумчиво пошевелил губами.
– Пожалуй что я бы мог, – кивнул он затем. И, ещё немного подумав, спросил: – Полагаю, вы не собираетесь надолго задерживаться в этой деревне?
– Если только этого не требует здоровье Розалии, – ответил Джей. – Изначально мы планировали продолжить путь завтра утром.
– Полагаю, не стоит загадывать прежде времени, – сказал лекарь. – В случае, если ночь пройдёт спокойно, у меня нет причин возражать против отъезда – при условии, что езда будет не слишком быстрой и с частыми остановками для отдыха.
– Вы согласитесь поехать с нами? – робко уточнила Мирта.
– Если вас устроит такой расклад, – улыбнулся ей Ролен. – Полагаю, это будет взаимовыгодная договорённость. Я предоставляю вам профессиональные услуги, а вы – отдых моим ногам и возможность более быстрого передвижения. К слову, куда вы направляетесь?
– В Вессинию, – ответила Мирта.
– Вот как? – Брови лекаря на секунду приподнялись; видимо, он не ожидал, что артисты едут за пределы королевства. – Ну что ж, думаю, я мог бы проехать вместе с вами до Заппа.
Запп был приграничным городом, расположенным непосредственно на границе с Вессинией. Именно через него и лежал наш путь. Таким образом устраивающее всех решение было найдено, и вскоре артисты и попутчики разошлись спать.
– Ну, так как вам понравился наш спектакль? – лукаво улыбнувшись, спросила Мирта. – После всего, что успело произойти вчера, я так и не задала вам этот вопрос.
Фургон неспешно покачивался, двигаясь по просёлочной дороге. Временами подпрыгивал на ухабах, но большей частью вполне плавно ехал по успевшей высохнуть после дождей земле. Мирта держала в руках вожжи, но лишь изредка пускала их в ход: белая лошадка по имени Лайта знала своё дело. Андре сидел рядом с девушкой. Ян, которого Мирта сменила совсем недавно, отдыхал в повозке. Побывав внутри, я увидела, что он мирно спит, повернувшись набок. Лекарь ехал во втором фургоне, вместе с Джеем и Розалией.
– Весьма понравился, – откликнулся Андре.
Я тихонько усмехнулась: что бы ещё он мог сказать, как бы ни отнёсся к представлению на самом деле? И тут с удивлением увидела на устах Мирты слабую улыбку, отражавшую те же самые чувства. Её реакция не укрылась и от Андре.
– Вам самой, как я понимаю, спектакль не нравится? – прозорливо заметил он.
Мирта с усмешкой пожала плечами.
– Пьеса по-своему неплоха, – ответила она, глядя поверх лошадиной головы, – но для своего времени. В ней слишком много штампов. Пафоса. Застывших форм. Только Джею удаётся немного её оживить. Сколь ни забавно это прозвучит, у отрицательных персонажей существенно больше возможностей для инициативы и импровизации, чем у главных героев. Нам надлежит в точности соответствовать классическому образу. Вряд ли вы удивитесь, что мне поднадоело играть традиционную прекрасную деву, все достоинства которой заключаются в том, что она обладает красивой внешностью и блюдёт свою невинность.
– А что думают о пьесе остальные? – поинтересовался Андре.
Он мягко извлёк поводья из рук девушки, принимая на себя управление повозкой. Мирта благодарно улыбнулась и возражать не стала.
– Мои родители – люди старой закалки, – отозвалась она. – Поэтому их традиционность пьесы не отпугивает. К тому же Джей, как я уже говорила, имеет возможность как следует импровизировать по ходу дела, чем весьма успешно развлекает и себя, и зрителей. А Яна всё устраивает.
Ну да, ещё бы, мысленно фыркнула я. Было бы странно, если бы его что-то не устраивало. Закостеневшего образа классического рыцаря более чем достаточно для того, чтобы в каждом городке и каждой деревеньке получить на вечерок по любовнице.
– К тому же у нас есть свои ограничения в выборе пьесы, – продолжала Мирта. – Вы ведь видите: у нас совсем небольшая труппа. Семейная. Далеко не любой спектакль можно сыграть всего с четырьмя артистами.
– Ну, не беда, – подбодрил её Андре. – Со временем у вас появятся дети, и численность труппы увеличится.
Он просто пошутил, чтобы разрядить обстановку, но, видимо, неудачно, поскольку по лицу Мирты пробежала тень.
– Ну какие дети? – совсем тихо откликнулась она. – Посудите сами: с таким-то образом жизни? Нам редко когда удаётся задержаться на одном месте больше двух недель. И даже такой срок – скорее исключение, а не правило. Заводить детей в таких условиях, увы, нереально.
