Но я увлекалась прочитанной в книгах и заинтересовавшей меня темой. А может быть, просто инстинктивно не желала возвращаться мыслями к периоду своего заточения. Итак, теперь понятно, почему меня заковали в кандалы. Чтобы я не смогла колдовать и соответственно не сумела ни защитить себя, ни атаковать своих врагов. И тем не менее что-то пошло не так. По какой-то причине я впала в стазис. И, что самое главное, моя душа не окончательно отделилась от тела. По-видимому, это небывалое явление, поскольку о нём не заподозрил не только Ролен, но даже альт Ратгор...
– Ванна готова, госпожа!
Мои мысли прервала вошедшая в комнату Летта.
– Ванна? – Я подняла голову, хмуря брови. – Какая ванна?
– Господин Делл сказал приготовить вам горячую ванну с расслабляющими маслами, – сообщила служанка.
Надо же, какой заботливый, с умилением подумала я. Бросила взгляд на окно. На улице уже сгущались вечерние тени.
– Хорошо, я сейчас иду. Спасибо, Летта.
В ванне я нежилась довольно долго. Андре оказался прав: именно в таком расслаблении я сейчас и нуждалась. Когда кожа размокает, нежась в тепле, мышцы отдыхают, и сама атмосфера противится тому, чтобы нагружать мозг напряжёнными размышлениями. Я прикрыла глаза, предоставив мыслям лениво протекать мимо, подобно воде, и даже задремала.
К моменту моего выхода снаружи окончательно стемнело. Я заглянула в гостиную, потом в кабинет. Андре не оказалось ни там, ни там. Зато в моей спальне обнаружилась Летта.
– А где господин Делл? – спросила я у служанки.
– Так он ушёл, – ответила она, отвлекаясь от взбивания подушки.
– Как ушёл? – ахнула я. – Давно?
– Прилично, – кивнула Летта. – Как сказал мне приготовить вам ванну, так почти сразу и ушёл.
– Спасибо, – сквозь зубы сказала я и поспешила выйти в гостиную, чтобы не срывать на служанке свою злость.
Значит, заботливый, да? Ванна с расслабляющими маслами? Чтобы я как следует отдохнула? А точнее сказать – чтобы не заметила его уход!
Я пересекла комнату и с силой толкнула дверь кабинета Андре. Взглянула на стену. Так и есть: обычно висевший там меч (всё тот же, принадлежавший когда-то тюремному стражнику) отсутствует. Громко выругавшись, я стремительно вылетела обратно в гостиную. Метнулась в спальню, здорово напугав при этом Летту, скинула халат и стала быстро одеваться. Панталоны, корсет, чулки, длинная узкая юбка, блуза. Затем сапоги и пальто. Застёгивалась уже на пороге. Выбежала в ночь, на ходу пытаясь сориентироваться, как лучше всего добраться до особняка Роджера, вернее сказать, до того, что от этого особняка осталось...
– Далеко собралась?
Андре перехватил меня буквально в нескольких шагах от дома.
– Ты!
Я обличительно вытянула вперёд указательный палец правой руки.
– Я, конечно, – и не подумал спорить Андре, однако его невозмутимость меня не обманула: я видела, что он отлично понял причину моего гнева.
– Как ты мог?! – продолжила рвать и метать я, но Андре снова меня прервал.
– Давай зайдём в дом, – примирительно предложил он.
Я угомоняться не собиралась, но он обнял меня за плечи и настойчиво повёл к двери. Я смирилась.
Однако стоило нам оказаться внутри, отстранилась и продолжила разбирательство.
– Где ты был? – требовательно спросила я, бросив многозначительный взгляд на висевший у него на поясе меч.
– У шерифа, – ответил Андре, и по его тону я поняла: говорит правду, но при этом не договаривает.
– Хорошо, уточним. – Я сложила руки на груди. – Из дома ты пошёл к шерифу сразу?
Андре закатил глаза.
– Нет, не сразу, – признался он, скидывая плащ, а затем отстёгивая с пояса ножны. – Пальто снять не хочешь?
– Не хочу, – огрызнулась я, но пальто тем не менее сбросила. Гнев начал уходить, благо Андре благополучно вернулся, и причин для беспокойства больше не было.
Я опустилась на стул. Андре сел рядом и снова обнял меня за плечи.
– Хоть труп-то от Мейсона остался? – ворчливо осведомилась я.
– За кого ты меня принимаешь? – возмутился Андре. – Остался, конечно. Не все же такие, как ты. Это после тебя не остаётся ничего, кроме горстки пепла.
Я вздохнула.
– Что, основательно там всё сгорело?
– Очень основательно, – не без удовольствия сообщил Андре. – Ни одной нетронутой стены не осталось. Всё в руинах. И среди обломков одиноко стоит совершенно нетронутый секретер. Видимо, кто-то очень хорошо поработал над охранными чарами, так что даже пожар оказался ему нипочём.
– Да? В таком случае надо оповестить шерифа, – заволновалась я. – Пока все документы не растащили. Насколько я понимаю, их содержание сильно его заинтересует.
– Ты плохого обо мне мнения, – попенял мне Андре. – Я уже его оповестил. Говорю же: я только что от него. Сначала сходил побеседовать с Мейсоном, а уж потом – к шерифу.
– Как хороший мальчик? – скептически фыркнула я.
– Как разумный мальчик, – поправил Андре.
– У тебя могут быть неприятности? – спросила я, пристально глядя ему в глаза, чтобы почувствовать в случае чего не только обман, но и малейшее увиливание от полноценного ответа. – Из-за смерти Мейсона?
